Алекс Сидоров / Милосердие

— Катя, смените капельницу…

— Владимир Сергеевич! Это уже четвертая…

— Знаю, Катюша! Ставьте… Иначе не вытянем парня… Выжженную флору, иммунитет и прочее потом понемногу восстановит… давай попробуем жизнь сохранить …воспаление обширное …у него в крови настоящая война бушует…

Кто-то осторожно поднял мои веки. По затуманенным мозгам неприятно ударил яркий свет! «Зажмуриться бы?! Но сил нет! Это надо же?! Нет сил, чтобы просто закрыть глаза?!» Где-то надо мной склонилась расплывающаяся фигура в белом…

«Боже, доктор, кто-нибудь… да закройте же мне глаза! Больно от света! Больно! Очень больно от простого, обычного света! Невыносимо…»

Кожей лица ощутил дыхание склонившегося человека. Теплое дыхание, спокойное, с запахом ментоловой жвачки. Надо же, вот удивительно?! Мозги работают «через раз», тело вообще не чувствую, свет — нестерпимая пытка, а запах ментола приятен?! Чудеса, да и только…

Мужской голос тихо прошептал.

— Держись парень! Мы тебя вытащим! Только помоги нам… Хоть чуть-чуть помоги! Не сдавайся! Держись, гони костлявую… борись…

Добрые пальцы мягко отпустили мои воспаленные веки, глаза автоматически закрылись… незнакомый голос продолжал навязчиво звучать в ушах, отдаваясь многократным эхом в искаженном сознании.

— Катя, срочно принесите две дозы «метрогила», добавим в капельницу. Парню совсем плохо…

— Владимир Сергеевич, старшая сестра еще вчера сказала, что «метрогил» закончился, «ортофен» на следующий квартал не закупили из-за отсутствия средств, о «вольтарене» вообще не мечтайте…

— Что за бл*дская страна?! Простите за грубость слова, Катенька… для своих же ребят ничего нет… разве так можно?! Ничего, все равно вытащим… Держись дружок, должно полегчать! Организм молодой… Тебе сейчас очень хорошее лекарство колем, заграничное, очень мощное, по 700 долбанных баксов за капельницу…

«700 баксов за капельницу?! И это уже 4-я…?! А чего-нибудь подешевле нет?! Доктор, у меня нет таких бешенных денег! Нет! Уже 2800 долларов в мои вены накапало…?! Я же никогда не расплачусь! Моя зарплата в пересчете на у.е. — 110 в месяц и это все, что платит мне заботливая Родина… не надо, как Вас там, Владимир Сергеевич…остановитесь… пожалуйста…»

— Доктор, это не мое дело конечно, но Зоя Константиновна определила категорический лимит — не больше двух …

— Катя! Ставьте, ставьте… И пятую и шестую …и двадцатую поставим… У него кольцо на безымянном пальце, видите?! Жена значит имеется, детки, наверное, а мы его отдадим только из-за того, что у страны лекарств для служивых нет?! Нет, Катенька, не отдадим! Хватит! Сил больше нет! Остатки совести не позволяет смотреть, как молодые ребята загибаются, а мы помочь не можем… Лимит?! И так уже, сколько потеряли?! …молодых и красивых. У них мамы есть, жены, дети… Больше никого не отдам… За каждого биться будем… Надо будет, сам за лекарства платить стану, но больше никого не упущу… Слышишь, парень?! Все у тебя будет хорошо и жить будешь долго и счастливо и умрешь в глубокой старости! Это я тебе обещаю… только помоги мне немного… не сдавайся… держись! (см. "Драгоценный подарок" http://www.proza.ru/2008/07/25/309)

Громыко, Автор неизвестен Песнь о моем Максиме

П Е С Н Ь О М О Е М М А К С И М Е

эпос в двадцати четырех тирадах

I

В то утро Федор встал пораньше,

Пошел на кухню.

Там стояло

штук пять бутылок с "Жигулевским",

пять с "Мартовским",

а пять с "Адмиралтейским"

и прочих всяких пив немало.

II

Уже светало.

Высветлялся на столе

изящный контур этих всех этих бутылок.

Их силуэт будил сознанье, тешил глаз,

творенье Гауди скрытым ужасом напоминал.

III

Не ведая ни страха, ни упрека,

Федор

схватил бутылку с "Жигулевским" пивом

и шаркнул ею, как мечом, о край стола.

Взметнулась пробка, пиво полилось,

и кот, лежащий под столом,

то пиво стал лакать с протяжным стоном.

IV

Все неподвижно стало.

Федор как горнист стоял.

Кадык катался вверх и вниз по мощной шее.

V

Допив бутылку,

взял другую

Федор

И пробку лихо сковырнул ногтем.

Плеснуло пиво сильно, как фонтан.

Ловил его губами трепетными Федор,

Махал руками и смеялся, как дитя.

VI

Но, не допив, остановился

И долго молча так стоял,

Прислушиваясь в внутреннему чувству.

В окно глядел

Орлиным

Цепким взором.

VII

Там воспаленный обруч плыл

Над бледным городом.

Сквозь гниль и новостроек скуку

Туман струился,

Словно силясь смыть

Убогий труд царей природы.

17

VIII

Туман на диво был силен.

И Федор,

как ни напрягался,

Не разглядел, чего хотел увидеть

Ларька пивного не увидел он.

IX

Пытлив умом был Федор,

но не мудр.

Не разгадав явления природы,

Решил он,

что ларек снесли за ночь.

X

Однако

скорбь с чела согнав,

Бутылку в длань взял крепко

Федор

И выпил.

И еще открыл, и пил.

И выпил много всяких пив,

как вдруг послышалось: ПАФ! ПИФ!

Упал в испуге Федор,

хотя и был неробкого десятка.

XI

А что случилось?

То Максим,

рукою твердою бутылку открывая,

не рассчитал усилья с похмелюги,

бутылку уронил и сам упал,

и звук, подобный выстрелу, раздался.

XII

Порубанному витязю подобен,

Максим лежал, раскинув гордо руки.

Как павший славной, но безвинной смертью,

был Федор, возлежавший рядом с ним.

Поодаль кот стоял с зловещим видом,

подобно ворону на поле брани.

XIII

Но Федор встал и,

хмуря брови,

случившееся силился постичь.

Максим поднялся,

Федора ругая

и местью лютою

ему грозя за что-то.

18

XIV

Вину свою не понимая, Федор

взял "Мартовское" и пластичным жестом

зубами пробку сковырнул,

но пить не стал

Максиму предложил галантно пиво.

Максим надменно дар отверг.

Взял сам бутылку

и вскрыл ее ножом столовым,

всего себя изрезав, правда,

и пиво все почти пролив.

XV

Допив, что осталось, Максим взял пачку "Беломора"

и тюкнул ее в донышко.

Так пушкинский Балда мог тюкнуть мужика!

И папироса, вылетев,

упала в лужу пива на полу и вымокла.

XVI

Максим вторично тюкнул,

вынул папиросу

и дунул сильно в ейное нутро.

Могучий муж не поскупился на усилье

и выдул весь табак из ейного нутра.

XVII

Тут Федор, мастерски размяв по папиросе,

Максиму дал с приятною улыбкой прикурить.

XVIII

Паленым потянуло.

С мерзким криком кот

метнулся в лужу пива

и по ней катался:

Попал в кота, бросая спичку, Федор.

XIX

Друзья тому изрядно посмеялись.

В знак примиренья Федор

взял пару "Мартовского",

их сцепил и дернул.

Открылись обе.

Столь был муж искусен!

XX

А между тем туман рассеялся.

Багровое светило

дугой скользнуло так,

как будто обходило стороной убогий край.

XXI

Друзья, допив,

поставили бутылки

и взяли новые,

С "Адмиралтейским" пивом.

Но, не допив,

Максим ушел мочиться.

19

XXII

Вернувшись,

он бутылку вскинул

и к непокорным приложил устам.

Но тотчас, фыркнув,

взад ее поставил.

XXIII

Оказывается,

что пока Максим мочился,

Долил бутылку водкой Федор.

Максим весьма отменной шутке посмеялся,

Признав, что Федор

в чем-то поумнел.

И в знак приязни

С ершом бутылку допил без боязни

До конца.

XXIV

И много что потом произошло.

Но эпос свой на том закончу, право,

Причину написанья исчерпав:

С утра хотел я сильно выпить пива,

Но в творчестве желание изжил.

ВАВИЛОНСКОЕ СТОЛПОТВОРЕНИЕ / Феликс Давидович Кривин

Один из них сказал:

— Давайте сотворим столп во славу божию! Каждый приносил камень и складывал в общую кучу.

И увидел бог, что это хорошо.

— Мне это нравится, — сказал он своим архангелам. — Я сам в молодости шесть дней работал на строительстве, так что я могу понять рабочего человека.

Люди взялись дружно, и вскоре столп приблизился к небу.

— А на небе-то пусто, никого нет! И бога нет! А мы, дураки, старались!

Бог обиделся.

— Вы слышите? — сказал он архангелам. — Они говорят, что меня нет. Разве это правда? Скажите, вы меня давно знаете.

Архангелы жили на небе, пили нектар и амброзию, поэтому они верили в бога.

Вернее, они верили в бога, и поэтому пили нектар и амброзию.

— Вездесущий! — сказали архангелы.

— Ну, видите! А они что твердят в один голос? Нет, видно, придется смешать им языки, чтобы у них не было такого единогласия!

Бог так и сделал, и люди сразу перестали понимать друг друга. Каждый вытащил из кучи свой камень и спрятал его себе за пазуху.

И увидел бог, что это хорошо.

— Ну, теперь у них дело пойдет, — сказал он. — Что у нас дальше на повестке дня?

Кажется, Содом и Гоморра?

Дмитрий Фишерман / Фишерман Дмитрий Таракан-убийца

Дмитрий Фишерман (Рыбальченко)

ТАРАКАH-УБИЙЦА

- Что же мне еще оставалось делать?-сокpушался несчастный таpакан убегая от пpеследовавшей его бабушки. Чисто pефлектоpно пеpебиpая лапками, таpакан несся к небольшой щели за pаковиной. Эта злобная бабушка, а тем более этот меpзкий тапок в ее pуке, почему-то его совеpшенно не волновали. Он был полностью пеpеполнен своими таpаканьими мыслишками и ничего вокpуг не замечал. За него сейчас pаботали pефлексы. - Hу что же еще я мог поделать?-не унимался бедняга- я же еще так молод, мне так хочется жить! Тут бабушкин тапок стpемительно начал опускаться на таpакана. Казалось ничто не может спасти его маленькую, несчастную жизнь. Hо его отменные таpаканьи pефлексы, в котоpый pаз, не подвели! Очень быстpо отскочив в стоpону, он стал в боевую позицию(этому его научил дедушка). Тапок с силой опустился на его заднюю лапку. У таpакана от боли потемнело в глазах. Пpедчувствуя скоpую гибель, он в бессильной яpости все кусал и кусал вонючий бабушкин тапочек. Hе долго думая, бабушка подняла свое оpудие для нанесения сокpушительного удаpа по таpакану, но таpакан оказался на тапке, так-как пpодолжал его с остеpвенением кусать. Чтобы удаp оказался сильнее, она pешила поднять эту вонючую смеpть повыше. Тапок зацепился за люстpу и таpакан с кpиком полетел в низ. Это падение казалось ему вечностью, но вдpуг он плавно и мягко пpиземлился на бабушкино темячко, pаспугав тусовку пpихипованых вшей, котоpые, видно, не пpиняли его за своего, не смотpя на пацифик болтавшийся на толстой шее таpакана. Бабушка почувствовав, что в ее голове завелся более кpупный звеpь, стpашно испугалась и начала метаться по кухне пеpевоpачивая: стулья, табуpетки, холодильники, шкафы, газовые плиты, а также пpочие кухонные пpинадлежности и с невеpоятной скоpостью мотая головой. Таpакан, сидевший на голове бабушки, вцепившись в пpядь волос, был похож на ковбоя, котоpый скачет на необъезженом скакуне. Это зpелище оказалось непpодолжительным, "ковбой"не удеpжался и опять полетел ввеpх. Hа этот pаз он пpиземлился на люстpе. Hемного отдышавшись, он наклонился вниз и стал наблюдать за бабушкой, котоpая по-пpежнему бегала и деpгалась как куpица с отpубленной головой и кpичала как десяток иеpихонских тpуб. Сидя на веpху, таpакану даже понpавилось смотpеть на это шоу и он, похихикивая, то и дело выкpикивал "бpаво", "бис", но бабушка его не слышала и пpодолжала танцевать. Вдpуг позади таpакана послышалось чье-то дыхание пахнувшее гнилыми мухами. Он поспешно обеpнулся и увидел огpомного паука, немного сзади еще одного, чуть левее еще одного, везде были пауки. Таpакан вдpуг понял, что с pодео попал в гестапо. - Что делать? - вопpос стал pебpом. Выход только один, пpыгать вниз! Hо там пpыгающая бабушка, котоpая скоpее всего pаздавит его, когда он упадет на пол. Hо, подумав, он pешил, что пpиятнее умеpеть от сумасшедшей, чем от садистов. Зажмуpив глаза он пpыгнул... Бабушка подвеpнулась как pаз к стати. -Хоть на мягкую посадку могу pасчитывать-подумал таpакан и пpиземлился ей пpямо на нос. Когда он увидел эти выпученные глаза и полопавшиеся в них капиляpы, он закpичал от стpаха гpомким голосом, вцепившись в нос всеми своими лапками. Слабое бабушкино сеpдце наконец не выдеpжало и взоpвалось. Бездыханный тpуп упал на мебель и кухонные пpинадлежности, котоpые лежали на полу. Таpакан, откpыв pот от изумления был в полном шоке. - ОПЯТЬ! - завопил он - HУ ЧТО ЖЕ Я МОГ ПОДЕЛАТЬ? Я ЖЕ ЕЩЕ ТАК МОЛОД, МHЕ ТАК ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ!

Юнг Алекс Сказки народов мира, Алекс Юнг

Алекс Юнг

Сказки народов мира...

Америка

Жил-был в Калифорнии женатый пенисогенитальный евроамериканец с ограничеными возрастом возможностями. Купил он как-то по случаю рыболовную сеть, консервированую наживку, флакон приманки, патентованую блесну и набор крючков (получив при этом дисконтную карту, резиновую рулетку для рыбы, рулон туалетной бумаги для рыбаков и лицензию для отлова пираньи в штате Hевада). Закинул он все это в море, и поймал Золотого Аллигатора. А этот аллигатор вдруг заговорил человеческим голосом! В общем, впарил аллигатор мужику какую-то полироль и набор зубных ниток для похудания баксов на триста, и уплыл восвояси.

Германия

Айн-цвайн, тест, раз-раз-раз! Сидел как-то один почтенный бюргер в кресле-качалке в своем доме, построеном в аккурат нв вершине треугольника, с противолежащими углами в соседнем баре и флигеле фрау Марты. И как только стенные часы пробили девять тридцать, он бодро встал и пошел ловить средних размеров рыбу, поскольку посещению бара препятствовало раннее время, а визиту к фрау Марте - возраст. Закинул он в воду сеть, и стал терпеливо ждать, сверяясь с любимым хронометром. Рыба не ловилась. "Доннер унд блитцен!" - рассердился бюргер, и спустил воду в унитазе, записав показания водяного счетчика. В это время приехала Золотая Скорая Помошь, и проверив документы и номер страховки, забрала бюргера в психиатрическую клинику.

Эстония

Жилли-былли старикк и старухха. Отправился как-то старикк на рыббаллку в Латвию. Прошло трое суток, и его сбилл Раффик. А могло получиться гораздо боллее плоххо! Hе надо ходить так таллеко отт домма. Спитте детти!

Индия

Один монах пошел к Гангу и начал доставать из мутной желтой воды одну рыбу за одной. Вокруг него собрались люди и каждый стал спрашивать, как это ему удается? "Hе известна мне причина", отвечал монах. Тогда люди стали спрашивать у него, что он ест, как молится, сколько раз в день ложится со своей супругой, сколько чашек чая выпивает, какие песни поет, и так далее. Монах принялся терпеливо объяснять все подробности своей жизни, показывать, как он ложится к своей жене, и петь свои любимые песни. Постепенно к нему стали приходить люди и из соседних селений, а потом его сделали старостой. У бедного монаха жизнь стала отменная - ему приносили лучшую еду, девушки охотно дарили ему благовония и даже помогали втирать их, старики уважали его за скромность и общительный нрав, а молодежь вечно путала его с каким-то известным киноактером. Когда жизнь его подошла к концу, он созвал всех своих сыновей, и открыл им великую тайну: "Hаклоните свои головы к моему рту, и да снизойдет на вас мое благополучие, ибо не станет оно мне нужно в следующей жизни!" - молвил староста, "Если бедность породнится с вами, как подагра с моей правой ногой, возьмите взаймы у торговцев несколько порченых рыб, свяжите их крепкой шелковой ниткой в форме круга и тащите эту нитку в людном месте из воды, и пусть все думают, что на вас снизошло великое благословение богов. Воистину золотой станет для вас эта рыба!".

Африка

Один человек искал коренья в песке на краю Великой пустыни. Копал он, копал, и выкопал какую-то старую кость. А мимо проходил какой-то белый человек и дал ему за эту кость десять баксов. Оу-йеа, десять баксов! Да-да, дал десять баксов! Дал десять баксов за какую-то старую кость! Была старая кость, а теперь десять баксов. Hовая зеленая бумажка!

Узбекистан

Жила-был старейшина у арык, где течет вода. И была у него только старый халат, только старый ишак. Только старый ишак, только старый халат. Если б не был старик столько много весна, был бы он молодой и ишак молодой. Он бы был молодой и ишак молодой, и халат был бы новый, хороший халат. И тогда бы себе он невеста украл, и тогда бы собес ему пенсия - хуй.

Россия

Жил-был старик со старухой у самого синего моря. Отправился как-то старик на рыбалку, взял невод трофейный, с войны еще, и флягу с бражкой. Выпил он бражку, и закинул в море невод, флягу, и здоровенный камень. Вдруг из воды говорящая рыба показалась, и говорит: "Hе лепо ли бяшете, Федор Тимофеевич?" А старик взял корягу какую-то, и рыбе этой ка-а-ак даст по хребту! Рыба та свиньей как завизжит! "Чево хошь тебе дам," - говорит, "только отпусти меня, к детям малым". A старик чтой-то расходился, "не балуй!" - говорит, и второй раз по хребтине как корягой даст! А рыба из воды в него шматком водорослей как кинет, прямо в рожу-то! Hичего, потом помирились, выпили вместе, посидели у прибоя, а потом шторм начался, и все по домам пошли. Дома старуха глянула, и обомлела: пришел старик в дымину пьяный, с фингалом, еле языком ворочает и в кулаке что-то держит, и все подмигивает вторым глазом. Кое-как она его раздела, да уложила на полатях, и спрашивает: "Ты чего в кулаке-то своем прячешь?", а тот улыбнулся себе в бороду и говорит ей: "Дура ты, дура!". Разжал старик пальцы, а в руке у него лампочка. Синяя.

Введение, О. В. Сологубова

Дорогой читатель, в данный момент в твои руки попала непростая книга. Эта книга может изменить всю твою жизнь. Мы уверены, что у тебя уже были такие праздники, когда хотелось смеяться, не прекращая, когда конец праздника наступил только под утро, а люди из твоего окружения казались тебе роднее самых близких. Попробуй их вспомнить…

Ну, как? Наверное, только в такие моменты ты чувствуешь, какое счастье охватывает тебя с ног до головы. Тебе радостно и весело, и ты забываешь о быте, о мелких проблемах, о трудностях работы. Такие моменты придают энергии, помогают ощутить себя нужным и любимым. Именно поэтому ты так радостно ожидаешь прихода гостей, с любовью печешь к их приходу пирог и так быстро и с энтузиазмом накрываешь на стол. Ты ожидаешь эмоционального удовлетворения от общения с приятными тебе людьми. Но, к сожалению, не все встречи с друзьями вызывают такой восторг, не каждый праздник оставляет след в памяти. Потратив огромное количество времени, сил и денег на шикарный стол, многие забывают о самом главном – об ощущении праздника. Эта книга поможет тебе превратить любую встречу с родными и близкими тебе людьми в настоящее веселье, которое подарит тебе много смеха, улыбок и радости. Слова благодарности гостей надолго останутся у тебя в памяти, а праздник в твоем доме станет самым ожидаемым мероприятием.

Феликс Давидович Кривин / ТРУДОЛЮБИВЫЙ ПОРТНОЙ

Жил-был Портной. У него было много различных дел, но все эти дела он умел уложить в одно слово.

На работе он порол одежду, дома порол детей, а в компании порол всякую чушь. Других слов для его занятий не требовалось.

Прослышало начальство, что Портной все свои дела укладывает в одно слово, и назначило Портного Старшим Портным, чтоб он и других научил экономии.

Работает Портной Старшим Портным. И опять укладывается в одно слово. На работе успевает петли метать, дома — на детей метать громы и молнии, да еще в компании метать банчок (теперь уже есть что метать: денег-то побольше стало).

Прослышало начальство про такие дела и выдвинуло Портного в Главные Портные.

Работает Портной Главным Портным. На работе стегает одежду, дома стегает детей. А что до компании, то компании у него теперь нет: Главному Портному остальные портные не компания.

Вот так он и теперь укладывается в одно слово.

Прослышало об этом начальство, само из начальства ушло, а Портного выдвинуло в начальство.

Работает Портной Начальством. Дома почти не бывает: времени нет. Детей некому стегать, пороть некому: отец все на работе да на работе. Строчит приказы. Ему бы на машинке строчить, но он теперь строчит только приказы.

И на подчиненных мечет громы и молнии. А уж на совещаниях — чего только не порет! Конечно, он и прежде чего только не порол — но тогда хоть он укладывался в одно слово.