ВАВИЛОНСКОЕ СТОЛПОТВОРЕНИЕ / Феликс Давидович Кривин

Один из них сказал:

— Давайте сотворим столп во славу божию! Каждый приносил камень и складывал в общую кучу.

И увидел бог, что это хорошо.

— Мне это нравится, — сказал он своим архангелам. — Я сам в молодости шесть дней работал на строительстве, так что я могу понять рабочего человека.

Люди взялись дружно, и вскоре столп приблизился к небу.

— А на небе-то пусто, никого нет! И бога нет! А мы, дураки, старались!

Бог обиделся.

— Вы слышите? — сказал он архангелам. — Они говорят, что меня нет. Разве это правда? Скажите, вы меня давно знаете.

Архангелы жили на небе, пили нектар и амброзию, поэтому они верили в бога.

Вернее, они верили в бога, и поэтому пили нектар и амброзию.

— Вездесущий! — сказали архангелы.

— Ну, видите! А они что твердят в один голос? Нет, видно, придется смешать им языки, чтобы у них не было такого единогласия!

Бог так и сделал, и люди сразу перестали понимать друг друга. Каждый вытащил из кучи свой камень и спрятал его себе за пазуху.

И увидел бог, что это хорошо.

— Ну, теперь у них дело пойдет, — сказал он. — Что у нас дальше на повестке дня?

Кажется, Содом и Гоморра?

Дмитрий Фишерман / Фишерман Дмитрий Таракан-убийца

Дмитрий Фишерман (Рыбальченко)

ТАРАКАH-УБИЙЦА

- Что же мне еще оставалось делать?-сокpушался несчастный таpакан убегая от пpеследовавшей его бабушки. Чисто pефлектоpно пеpебиpая лапками, таpакан несся к небольшой щели за pаковиной. Эта злобная бабушка, а тем более этот меpзкий тапок в ее pуке, почему-то его совеpшенно не волновали. Он был полностью пеpеполнен своими таpаканьими мыслишками и ничего вокpуг не замечал. За него сейчас pаботали pефлексы. - Hу что же еще я мог поделать?-не унимался бедняга- я же еще так молод, мне так хочется жить! Тут бабушкин тапок стpемительно начал опускаться на таpакана. Казалось ничто не может спасти его маленькую, несчастную жизнь. Hо его отменные таpаканьи pефлексы, в котоpый pаз, не подвели! Очень быстpо отскочив в стоpону, он стал в боевую позицию(этому его научил дедушка). Тапок с силой опустился на его заднюю лапку. У таpакана от боли потемнело в глазах. Пpедчувствуя скоpую гибель, он в бессильной яpости все кусал и кусал вонючий бабушкин тапочек. Hе долго думая, бабушка подняла свое оpудие для нанесения сокpушительного удаpа по таpакану, но таpакан оказался на тапке, так-как пpодолжал его с остеpвенением кусать. Чтобы удаp оказался сильнее, она pешила поднять эту вонючую смеpть повыше. Тапок зацепился за люстpу и таpакан с кpиком полетел в низ. Это падение казалось ему вечностью, но вдpуг он плавно и мягко пpиземлился на бабушкино темячко, pаспугав тусовку пpихипованых вшей, котоpые, видно, не пpиняли его за своего, не смотpя на пацифик болтавшийся на толстой шее таpакана. Бабушка почувствовав, что в ее голове завелся более кpупный звеpь, стpашно испугалась и начала метаться по кухне пеpевоpачивая: стулья, табуpетки, холодильники, шкафы, газовые плиты, а также пpочие кухонные пpинадлежности и с невеpоятной скоpостью мотая головой. Таpакан, сидевший на голове бабушки, вцепившись в пpядь волос, был похож на ковбоя, котоpый скачет на необъезженом скакуне. Это зpелище оказалось непpодолжительным, "ковбой"не удеpжался и опять полетел ввеpх. Hа этот pаз он пpиземлился на люстpе. Hемного отдышавшись, он наклонился вниз и стал наблюдать за бабушкой, котоpая по-пpежнему бегала и деpгалась как куpица с отpубленной головой и кpичала как десяток иеpихонских тpуб. Сидя на веpху, таpакану даже понpавилось смотpеть на это шоу и он, похихикивая, то и дело выкpикивал "бpаво", "бис", но бабушка его не слышала и пpодолжала танцевать. Вдpуг позади таpакана послышалось чье-то дыхание пахнувшее гнилыми мухами. Он поспешно обеpнулся и увидел огpомного паука, немного сзади еще одного, чуть левее еще одного, везде были пауки. Таpакан вдpуг понял, что с pодео попал в гестапо. - Что делать? - вопpос стал pебpом. Выход только один, пpыгать вниз! Hо там пpыгающая бабушка, котоpая скоpее всего pаздавит его, когда он упадет на пол. Hо, подумав, он pешил, что пpиятнее умеpеть от сумасшедшей, чем от садистов. Зажмуpив глаза он пpыгнул... Бабушка подвеpнулась как pаз к стати. -Хоть на мягкую посадку могу pасчитывать-подумал таpакан и пpиземлился ей пpямо на нос. Когда он увидел эти выпученные глаза и полопавшиеся в них капиляpы, он закpичал от стpаха гpомким голосом, вцепившись в нос всеми своими лапками. Слабое бабушкино сеpдце наконец не выдеpжало и взоpвалось. Бездыханный тpуп упал на мебель и кухонные пpинадлежности, котоpые лежали на полу. Таpакан, откpыв pот от изумления был в полном шоке. - ОПЯТЬ! - завопил он - HУ ЧТО ЖЕ Я МОГ ПОДЕЛАТЬ? Я ЖЕ ЕЩЕ ТАК МОЛОД, МHЕ ТАК ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ!

Юнг Алекс Сказки народов мира, Алекс Юнг

Алекс Юнг

Сказки народов мира...

Америка

Жил-был в Калифорнии женатый пенисогенитальный евроамериканец с ограничеными возрастом возможностями. Купил он как-то по случаю рыболовную сеть, консервированую наживку, флакон приманки, патентованую блесну и набор крючков (получив при этом дисконтную карту, резиновую рулетку для рыбы, рулон туалетной бумаги для рыбаков и лицензию для отлова пираньи в штате Hевада). Закинул он все это в море, и поймал Золотого Аллигатора. А этот аллигатор вдруг заговорил человеческим голосом! В общем, впарил аллигатор мужику какую-то полироль и набор зубных ниток для похудания баксов на триста, и уплыл восвояси.

Германия

Айн-цвайн, тест, раз-раз-раз! Сидел как-то один почтенный бюргер в кресле-качалке в своем доме, построеном в аккурат нв вершине треугольника, с противолежащими углами в соседнем баре и флигеле фрау Марты. И как только стенные часы пробили девять тридцать, он бодро встал и пошел ловить средних размеров рыбу, поскольку посещению бара препятствовало раннее время, а визиту к фрау Марте - возраст. Закинул он в воду сеть, и стал терпеливо ждать, сверяясь с любимым хронометром. Рыба не ловилась. "Доннер унд блитцен!" - рассердился бюргер, и спустил воду в унитазе, записав показания водяного счетчика. В это время приехала Золотая Скорая Помошь, и проверив документы и номер страховки, забрала бюргера в психиатрическую клинику.

Эстония

Жилли-былли старикк и старухха. Отправился как-то старикк на рыббаллку в Латвию. Прошло трое суток, и его сбилл Раффик. А могло получиться гораздо боллее плоххо! Hе надо ходить так таллеко отт домма. Спитте детти!

Индия

Один монах пошел к Гангу и начал доставать из мутной желтой воды одну рыбу за одной. Вокруг него собрались люди и каждый стал спрашивать, как это ему удается? "Hе известна мне причина", отвечал монах. Тогда люди стали спрашивать у него, что он ест, как молится, сколько раз в день ложится со своей супругой, сколько чашек чая выпивает, какие песни поет, и так далее. Монах принялся терпеливо объяснять все подробности своей жизни, показывать, как он ложится к своей жене, и петь свои любимые песни. Постепенно к нему стали приходить люди и из соседних селений, а потом его сделали старостой. У бедного монаха жизнь стала отменная - ему приносили лучшую еду, девушки охотно дарили ему благовония и даже помогали втирать их, старики уважали его за скромность и общительный нрав, а молодежь вечно путала его с каким-то известным киноактером. Когда жизнь его подошла к концу, он созвал всех своих сыновей, и открыл им великую тайну: "Hаклоните свои головы к моему рту, и да снизойдет на вас мое благополучие, ибо не станет оно мне нужно в следующей жизни!" - молвил староста, "Если бедность породнится с вами, как подагра с моей правой ногой, возьмите взаймы у торговцев несколько порченых рыб, свяжите их крепкой шелковой ниткой в форме круга и тащите эту нитку в людном месте из воды, и пусть все думают, что на вас снизошло великое благословение богов. Воистину золотой станет для вас эта рыба!".

Африка

Один человек искал коренья в песке на краю Великой пустыни. Копал он, копал, и выкопал какую-то старую кость. А мимо проходил какой-то белый человек и дал ему за эту кость десять баксов. Оу-йеа, десять баксов! Да-да, дал десять баксов! Дал десять баксов за какую-то старую кость! Была старая кость, а теперь десять баксов. Hовая зеленая бумажка!

Узбекистан

Жила-был старейшина у арык, где течет вода. И была у него только старый халат, только старый ишак. Только старый ишак, только старый халат. Если б не был старик столько много весна, был бы он молодой и ишак молодой. Он бы был молодой и ишак молодой, и халат был бы новый, хороший халат. И тогда бы себе он невеста украл, и тогда бы собес ему пенсия - хуй.

Россия

Жил-был старик со старухой у самого синего моря. Отправился как-то старик на рыбалку, взял невод трофейный, с войны еще, и флягу с бражкой. Выпил он бражку, и закинул в море невод, флягу, и здоровенный камень. Вдруг из воды говорящая рыба показалась, и говорит: "Hе лепо ли бяшете, Федор Тимофеевич?" А старик взял корягу какую-то, и рыбе этой ка-а-ак даст по хребту! Рыба та свиньей как завизжит! "Чево хошь тебе дам," - говорит, "только отпусти меня, к детям малым". A старик чтой-то расходился, "не балуй!" - говорит, и второй раз по хребтине как корягой даст! А рыба из воды в него шматком водорослей как кинет, прямо в рожу-то! Hичего, потом помирились, выпили вместе, посидели у прибоя, а потом шторм начался, и все по домам пошли. Дома старуха глянула, и обомлела: пришел старик в дымину пьяный, с фингалом, еле языком ворочает и в кулаке что-то держит, и все подмигивает вторым глазом. Кое-как она его раздела, да уложила на полатях, и спрашивает: "Ты чего в кулаке-то своем прячешь?", а тот улыбнулся себе в бороду и говорит ей: "Дура ты, дура!". Разжал старик пальцы, а в руке у него лампочка. Синяя.

Введение, О. В. Сологубова

Дорогой читатель, в данный момент в твои руки попала непростая книга. Эта книга может изменить всю твою жизнь. Мы уверены, что у тебя уже были такие праздники, когда хотелось смеяться, не прекращая, когда конец праздника наступил только под утро, а люди из твоего окружения казались тебе роднее самых близких. Попробуй их вспомнить…

Ну, как? Наверное, только в такие моменты ты чувствуешь, какое счастье охватывает тебя с ног до головы. Тебе радостно и весело, и ты забываешь о быте, о мелких проблемах, о трудностях работы. Такие моменты придают энергии, помогают ощутить себя нужным и любимым. Именно поэтому ты так радостно ожидаешь прихода гостей, с любовью печешь к их приходу пирог и так быстро и с энтузиазмом накрываешь на стол. Ты ожидаешь эмоционального удовлетворения от общения с приятными тебе людьми. Но, к сожалению, не все встречи с друзьями вызывают такой восторг, не каждый праздник оставляет след в памяти. Потратив огромное количество времени, сил и денег на шикарный стол, многие забывают о самом главном – об ощущении праздника. Эта книга поможет тебе превратить любую встречу с родными и близкими тебе людьми в настоящее веселье, которое подарит тебе много смеха, улыбок и радости. Слова благодарности гостей надолго останутся у тебя в памяти, а праздник в твоем доме станет самым ожидаемым мероприятием.

Феликс Давидович Кривин / ТРУДОЛЮБИВЫЙ ПОРТНОЙ

Жил-был Портной. У него было много различных дел, но все эти дела он умел уложить в одно слово.

На работе он порол одежду, дома порол детей, а в компании порол всякую чушь. Других слов для его занятий не требовалось.

Прослышало начальство, что Портной все свои дела укладывает в одно слово, и назначило Портного Старшим Портным, чтоб он и других научил экономии.

Работает Портной Старшим Портным. И опять укладывается в одно слово. На работе успевает петли метать, дома — на детей метать громы и молнии, да еще в компании метать банчок (теперь уже есть что метать: денег-то побольше стало).

Прослышало начальство про такие дела и выдвинуло Портного в Главные Портные.

Работает Портной Главным Портным. На работе стегает одежду, дома стегает детей. А что до компании, то компании у него теперь нет: Главному Портному остальные портные не компания.

Вот так он и теперь укладывается в одно слово.

Прослышало об этом начальство, само из начальства ушло, а Портного выдвинуло в начальство.

Работает Портной Начальством. Дома почти не бывает: времени нет. Детей некому стегать, пороть некому: отец все на работе да на работе. Строчит приказы. Ему бы на машинке строчить, но он теперь строчит только приказы.

И на подчиненных мечет громы и молнии. А уж на совещаниях — чего только не порет! Конечно, он и прежде чего только не порол — но тогда хоть он укладывался в одно слово.

Вторник, 6 мая 2008 г. 10:47:39 / Максим Кононенко

Однажды Владимир Владимирович™ Путин в последний раз сидел в своем кремлевском кабинете.

На широком президентском столе перед ним стоял серебряный подносик с запотевшей бутылкой водки и платиновыми стопками с золотыми двуглавыми орлами на пузатых матовых боках. Там же стояла хрустальная плошка с черной икрой, туесок с маринованными маслятами и половинка бородинского.

Владимир Владимирович™ налил себе стопку водки, выпил ее, крякнул и не закусил.

– Последний день.. - пробормотал Владимир Владимирович™, оглядывая свой президентский кабинет, - Последний день, черт возьми…

Владимир Владимирович™ вздохнул, встал с кресла и подошел к небольшой, сливающейся со стеной двери своей президентской кладовой. Владимир Владимирович™ открыл дверь и нашарил левой рукой выключатель. Каморку залил неровный электрический свет. Владимир Владимирович™ вытащил из угла две старые картонные коробки из-под березового сока и поставил их в центре помещения. После этого Владимир Владимирович™ раскрыл скрипучие дверцы старого застекленного шкафа, достал из него ногу Шамиля Басаева и руку Руслана Гелаева и аккуратно положил их в коробку.

– Собираешься? - пробулькал в голове у Владимира Владимировича™ его персональный президентский марсианин.

– Собираюсь, - подумал в ответ Владимир Владимирович™, доставая из шкафа и раскрывая красивую сафьяновую коробочку с российским гербом на крышке. В коробочке лежали президентские блесны: из рога бизона, из золота инков, из зубов чеченского сопротивления, из осколков европейского марсианского зонда, перехваченного российской космической сетью еще на взлете, из пропавших украинских ракет, из одиннадцатой колонны “Трансвааль-парка”, из головной плутониевой пластины Салмана Радуева, из сломанного золотого перстня папы римского Иоанна Павла Второго и даже из пера птицы-феникс, - Я вот на рыбалку хотел… не получается...

Владимир Владимирович™ укладывал в коробки свои президентские вещи: посох и глаз Аслана Масхадова, яйцо с кащеевой смертью, яйцо со сломанной смертью Шамиля Басаева, ларец с пистолетом, из которого убили певца Игоря Талькова и книгу “Владимир Владимирович™”.

– А ты собираешься? - вдруг с нежностью подумал Владимир Владимирович™.

– А че мне собирать-то, - пробулькал марсианин, - Я ж налегке. Все мое имущество - это головной мозг президента.

– Немало, - подумал Владимир Владимирович™ и вытащил коробки из кладовки в кабинет.

– Да уж, мало не покажется, - отвечал марсианин, - Знать все, что вы тут в своей голове думаете…

Владимир Владимирович™ покраснел.

– Ну ладно, - подумал Владимир Владимирович™, - Ты готов?

– Гонишь? - пробулькал марсианин, - Нет уж, только во время инаугурации.

– Ну тогда забудь то, что я сейчас сделаю, - мысленно сказал Владимир Владимирович™ и подошел к своему пока еще президентскому столу.

Владимир Владимирович™ оглянулся, быстро сел на пол, рывком бросил свое натренированное тело под стол и поднял голову. На старой выщербленной нижней поверхности столешницы были еле различимы какие-то надписи. Владимир Владимирович™ достал из кармана свой президентский “Паркер”, наощуп нашел среди других написанных слов слово “Боря”, примерился и медленно выцарапал рядом:

“Здесь был Вова”.

Сегодняшняя история должна была быть последней. 

 Владимир Владимирович™ должен был отправиться на рыбалку, куда у него не получалось поехать все эти годы. Но он не поехал. Вместо этого он решил сформировать правительство.

 И теперь мне некуда деваться - все эти годы я рассказывал читателям и журналистам, что в последней истории Владимир Владимирович™ отправится на рыбалку. Я не могу обмануть читателей и журналистов, и поэтому мне придется писать истории до того дня, пока Владимир Владимирович™ не отправится, наконец, на рыбалку.

 

 to be continued

Михаил Михайлович Жванецкий / Автопортрет

Талантом, а не трудом, он добился следующих прав:

Первое. Не вставать утром с целью наживы.

Второе. Вспоминать числа, а не дни недели.

Третье. Во время танцев не подниматься из-за стола. а танцевать там, внизу.

Четвертое. Неудачно шутить, лукаво глядя вокруг. Отсутствие смеха считать не своим, а их недостатком. И внутри злорадно: «Ничего, вечером поймут».

Пятое. «Ты меня не понимаешь», – говорить серьезно. Хотя что там понимать, так же как и чего там не понимать. Организм потребляет больше, чем производит. Отсюда болезни и горячая дружба с соболезниками. Добился права не понимать человека по своему усмотрению.

Шестое. Добился права не обижаться никогда. Это удел слабых.

Кто-то хочет на тебе заработать – пожалуйста, кто-то выдает себя за тебя, тебя за кого-то – ну что ж, ну что ж…

Кстати, как только поверил, что стал умным, наделал кучу глупостей. А вообще всем все пожалуйста в пределах совести, совесть в пределах Библии, Библия в пределах знания.

Седьмое. Стал понимать: радость – это друзья, женщины и растения. Счастье – когда они вместе. Видел уже друзей с женщинами среди растений. Знает, о чем говорит.

Восьмое. Отношение к женщинам – восторженное. Лучшего не бывает. К ним надо возвращаться даже после смерти. Понимает, что внешность женщины – работа мужчины. Но все остальное: и медленная голова на грудь, и медленная рука на плечо, и переход на «ты»… ждешь как-то, как-то… Да…

Короче, потребительское отношение к женщинам поменял на восторженное, а они, к сожалению, наоборот. Ну что ж, ничего.

Девятое. Ничего.

Десятое. Ничего.

Жаль, что на все простейшие вопросы организм отвечает невпопад.

Одиннадцатое. Жаль, что организм просыпается позже владельца и засыпает отдельно, и не подчиняется как раз тогда, когда все, буквально все на него рассчитывают.

О чем жалеет? Двоеточие.

Двенадцатое. Не там. Не там это все происходит.

Тринадцатое. Не тогда.

Четырнадцатое. Еле вырвался из прошлого, тут же влип в настоящее.

Пятнадцатое. Коль судьба не сложилась, хоть бы биография была. Не может понять, куда устремлена судьба, во что бьет биография? И кто следит за поступками?

Шестнадцатое. Пока все кричали: «Бога нет», – он в него верил… Как все изменилось.

Семнадцатое. Невозможно бежать в нашей толпе, ни на время, ни на расстояние. Только по кругу. Бежишь, враги мелькают, первые, вторые, снова первые. снова вторые. Стоят, прищурясь.

Очень хочется их уничтожить. Но страшно.

Надо среди них выбирать самых беспомощных.

Восемнадцатое. Возраст совпадает с размером одежды и мешает в шагу.

Девятнадцатое. Имущество здесь очень дорого, но имеет одну особенность – быть конфискованным. Это не зависит от имущества. Просто пришла пора. И тебя либо награждают орденом с конфискацией, либо выездом с конфискацией, либо просто поздравляют с конфискацией, и все.

И ты опять живешь.

И деньги, которые копил, вдруг пропадают.

И ты снова налегке, как тогда, в студенчестве.

Снова молод, снова чист и пуст, как зимний лес, где шелест ветвей не перейдет в плодовый стук, хотя по жизни разбросаны сверкания… То есть снова о женщинах и выпивке. Они слились. И хотя добавились стук сердца и головная боль, но отказаться невозможно. Останутся стук сердца и головная боль. Кто хочет с этим остаться?

Двадцатое. Отношения с детьми не сложились. Придется рожать до полного взаимопонимания.

Двадцать первое. Из имущества осталось место жительства.

Будет бороться за жительство в данном месте, хотя разумных аргументов в защиту этого не имеет.

Двадцать второе. Счастлив ли? В разное время дня на этот вопрос отвечает по-разному, но всегда отрицательно.

Двадцать третье. Вопросы творчества волнуют, но не интересуют. Просто не в силах переплюнуть парламент и межнациональные конфликты, с огромным успехом идущие по стране.

Сатиру отшибло полностью. Низы жалко, а верхи отвратительны.

Если нам разрезали живот, и не оперируют, и не зашивают – какая там сатира, кого высмеивать, кого успокаивать?

Низ достиг своего низа, верх достиг своего верха.

Все! И терпения больше нет.

Умные разбегаются, дураки не умеют. Хитрые в тупике.

До чего дошло! Хитрые в тупике. Вот и радость в этой жизни.

Хронические обманщики и демагоги в тупике.

А сатира бедная свернулась ежом, направляя иглы во все стороны, защищая саму себя.

Двадцать четвертое. Тем не менее к своей внешности относится тепло.

Многолетняя борьба с животом закончилась его победой. Война с лысиной проиграна. Глаза уже сами отбирают, что им видеть. Мелкое отсеивается… Роман целиком виден, отдельные буквы – нет.

Двадцать пятое. Забыл.

Двадцать шестое. Забыл.

Двадцать седьмое. Вспомнил. Безумно счастлив в личной жизни. Но одиночество лучше.

И это, как говорят наши депутаты, однозначно.

Двадцать восьмое. Культурный уровень понизился до здравого смысла!

Двадцать девятое. Жив еще… Хотя…

Тридцатое. Когда-то считал шестьдесят закатом, сейчас с этим не согласен!

Ю. Е. Желудев - 7

И в этом молчании взрывается смех Веселого человека.

Веселый человек. Ха-ха-ха! Веселенькая история! Все пострадавшие, все несчастные, всех надо пожалеть… Чепуха! Надо жить весело! Вы думаете, у меня нет своих неприятностей? У меня, если хотите знать, у самого отец при смерти. А я — смеюсь! Лучший друг погиб в этом — Марокко или Сингапуре — ну, словом, где у нас идет война. А я — смеюсь! Надо смеяться! Надо жить весело! (Идет по сцене, подходя то к одному, то к другому и обращаясь к каждому по очереди.) У нас нет пострадавших, у нас только преступники. Поэтому— будем смеяться! Будем смеяться, топча друг друга, давя друг друга колесами, гусеницами и собственными руками! Пусть рвутся бомбы, пусть рушатся города — будем смеяться! Земля вертится — будем смеяться, пока она не рухнет в бездну от головокружения! Все преступники — так будем смеяться!

Смеется.

Все, кроме Унылого человека и Кондуктора автобуса, тоже начинают смеяться.

Человек в шляпе. Тридцать лет, как дурак… (Смеется.)

Девушка. Просто взял — и ушел. (Смеется.)

Человек на костылях. Когда все будут на костылях, тогда можно жить спокойно. (Смеется.)

Задающий вопросы. Всем весело — и нет пострадавших. (Неуверенно улыбается.)

Все смеются. Это какой-то искусственный, болезненный смех.

Унылый человек (очень серьезно). Этого следовало ожидать. (Выходит на место происшествия, говорит, пытаясь перекрыть общий смех.) Подымись на вершины разрушенных городов. Пройдись по развалинам древности и посмотри на черепа людей, живших раньше и после. Кто из них был владыкой зла, а кто из них был владыкой добра? Кто кем был? Куда пришел и откуда? (Кончив говорить, остается на месте происшествия.)

Все смеются. Внезапно смех обрывается. Люди растерянно переглядываются между собой. Вот теперь здесь что-то произошло. Это ясно всем, и люди прячут глаза, отворачиваются друг от друга.

Веселый человек (обводит всех взглядом, словно ища поддержки своим словам). Но ведь… ничего не случилось…

Человек в шляпе (в сторону). Нет-нет, ничего не случилось.

Девушка (со вздохом облегчения). Ничего не случилось!

Задающий вопросы (тревожно). Ничего? Ничего не случилось?

Старуха с кошкой (успокаивает его). Ничего не случилось.

Человек на костылях (в зал). Ничего не случилось!

Все (вразнобой). Ничего…

не…

случилось…

ничего…

не…

случилось…

ничего…

не…

случилось…

Кондуктор автобуса. Следующая остановка — площадь Надежды!

Слова при открытом занавесе.

Нет, случилось!.. Все, что случается в мире, случается в каждом доме, с каждым из нас. Бомбы Вьетнама рвутся в каждой квартире. Вы, старуха! Вы воспитали сына, который смеется над вами и, смеясь, идет убивать, потому что нет для него на земле ничего святого… Вы, человек в шляпе! Тридцать лет вы переписывали бумажки, в которых содержалась ложь о том, что ничего не случилось, нигде ничего не случилось, так что нечего беспокоиться, не над чем задумываться, не за что бороться… А вы, девушка? Разве в мире, во всем большом мире нет ничего, кроме вашей неудачной любви? Разве это — единственный случай неразделенной любви? Разве любовь вашей матери к вам — не такая же неразделенная? Веселый человек! Вы называете мир преступным, чтобы оправдать свои преступления. Вам весело топтать землю — не ходить по ней, а топтать, каждым шагом уничтожая ее под собою, чтобы плодить в мире таких, как вот этот, на костылях, не физических, а духовных калек, отвернувших лицо от ваших преступлений… Унылый человек, чем вы лучше веселого человека? Ваша философия отчаяния разрушает сердца, не смягчает, а именно разрушает… И все вы, стоящие здесь и такие разные, — все вы сообщники и соучастники преступления, потому что преступен человек, который во время больших происшествий отсиживается в своем тесном мирке, в скорлупе равнодушия, уныния или веселья, в скорлупе неверия или робкой надежды… Кондуктор автобуса! Отмените площадь Надежды! Объявите площадь Борьбы!

Сладкие подарки | Алексей Николаевич Исполатов

Для гурманов и лакомок приятным новогодним сюрпризом станут самодельные съедобные угощения. Не поленитесь провести несколько часов на кухне, и вы создадите сладости, сравнимые с произведениями лучших кондитерских. Съедобным подарком станут конфеты, выпечка и даже набор продуктов для приготовления любимого или нового рецепта. Последний вариант хорош для подруги или родственницы, если она любит готовить.

Выберите рецепт, купите все необходимые ингредиенты, поместите в красивую банку или упакуйте в подходящую коробку и с душевными пожеланиями вручите. Главное, чтобы вы точно угадали, подойдёт ли подарок именно этому человеку.

Прекрасным оригинальным подарком станут домашние конфеты в красивой вазочке, шкатулке или самодельной коробочке. Чем красивее упаковка, тем лучше. Неплохо подарить сладкую или несладкую выпечку, уложенную в нарядную корзиночку.

Если вы хорошо знаете человека, которому собираетесь сделать сладкий подарок, то с учетом его вкусов соберите ассорти шоколадное, ореховое, марципановое или из сухофруктов. Положите его в красивую стеклянную банку. Придумайте свой фирменный знак, сделайте ярлык и повесьте на подарок. Этим вы ещё больше подчеркнёте оригинальность подарка и выразите ваше особое внимание.

Глава LXXXVII. Сергей и Никанор - Юрий Коваль

Икра, хочу вам доложить, была неплохая. Икряной лещ попался, и я поначалу только с икрой и разбирался, даже горькие её кончики, ну такие, вроде саночки детские, и те не выбросил. Рёбра обсосал, а когда приступил к спинке, тут на меня стали наседать зрители.

– Говори смысл надписи, – покрикивали некоторые, вроде Ковпака.

Я прямо и не знал, что с ними делать, никак не давали леща дотаранить. Стал отводить удар.

– Вы знаете мою мечту? – спросил.

– Не знаем! – орут.

– Так вот, я мечтаю увидеть человека, который умнее меня. Понимаете?

– Да что такое, – орут. – Неуж такого нету?

– Не знаю, – говорю, – может, и есть. Мечтаю увидеть и поговорить, да всё никак не встречаю… вот такая мечта…

– А Суер, – орут, – Выер?

– А если он умнее, пускай и надпись трактует.

– Тельняшка давно на мне, – ответил Суер, – а леща ел только ты, так что у тебя передо мной преимущество – съеденный лещ. На весах мудрости мы равны, но лещ перевешивает. Толкуй!

– Ну что ж, друзья, – сказал я откровенно, – смысл я, признаться, понял, ещё когда вы леща искали и за пивом бегали, но отказаться от леща тоже не мог. Так вот вам, смысл этого стихотворения заключается в том, что СМЫСЛА НЕТ.

– Хреновина! Это не толкование! А как же ЛЕЩ?

– Нету смысла. Как вы сами видели, я и ПИЛ, и ЛЕЩА ел, и НАТЕЛЬНУЮ ВЕЩЬ вы мне сами подарили, я имел всё, несмотря на призыв поэта не пить, а покупать. А насчёт сундучка вот что: во-первых, это не сундучок, а вроде ларец, такие ларцы делали для богатых дам минувшего времени, открыть их можно было просто ноготком. У меня нету дамского ногтя, но есть рыбья кость. Попробуем, – и я взял обсосанное и сомкнутое с хребтинкой рёбрышко леща и сунул в замочную скважинку.

Тыркнул, тыркнул – не получилось.

– Э-э-э-э, – заэкали на меня во главе с лоцманом, – какой фрак выискался, умней него нету, косточкой, дескать.

Я помочил кость в пиве – покарябал внутри, ещё помочил, ещё покорябал, и вдруг послышался звук «чок» – и полилась дивная музыка Моцарта и Беллини, прекраснейшая сюэрта, написанная для валиков на колокольчиках.

Под бемоли сюэрты крышка стала приоткрываться, и из глубины волшебного сундучка поднялись две изысканных фигуры.

Одна – в богатом халате, в красной феске с тюрбаном, другая – в клетчатых брюках, полосатой шляпе.

И фигуры, кланяясь друг другу, изысканно вдруг заговорили – оказывается, в сундучке был спрятан органчик. Звуки их голосов я и вынужден записать здесь в виде короткой и благонравной пьески.

– Из дальних ли морей

Иль синих гор

Любезный ты вернулся, Никанор?

– Из Турции приехал я, Сергей,

Привёз ушных

Серебряных серьгей.

– Где ж серьги те?

– Да вот они в ларьце,

Который формою похож на букву «Це».

– О, красота!

Диковина!

Неуж

Они послужат украшеньем уш?

– Весьма послужат!

Посмотри, мой друх,

Какая красота для женских ух!

Смотри, какие на серьгах замочки!

– С такою красотой,

Засунутою в мочки,

Они весьма нас будут соблазнять!

Тут Никанор поклонился, наклонился, нырнул куда-то в глубь сундучка и вынул серьгу.

О!

Изогнутая сдвоенным ребром василиска, выкованная из цельного куска перлоплатины, она удлиняла наш взгляд, частично выворачивая его наизнанку, потом укорачивала, а изнанку ставила ребром на подоконник.

Великолепные алпаты,

сапгиры и Гайдары,

чистейшей воды ахматы

украшали серьгу.

Матросы завороженно смотрели на это произведение искусства, слегка ослеплённые блеском особо сверкающих розенталей.

– И это что? – спросил боцман. – Всё?

– Не знаю, – сказал я. – Может, ещё чего-нибудь достанет.

Но фигура Никанор больше ничего не доставала.

– И это всё? – обиженно спрашивал Чугайло. – Одна серьга! А где же вторая?

– А вторая, – сказал капитан, – давно находится у вас в ухе, дорогой господин Чугайло.

От издателя / Андрей Колесников

«Фарс-мажор-2» — новый сборник историй и зарисовок из жизни представителей российской власти. Порой жестких и злых, чаще смешных и очень точных.

Книга эта уникальна.

Во-первых, потому, что истории эти собраны одним из самых известных в стране политических журналистов, много лет проработавшим в президентском пуле. Тот факт, что тираж предыдущего сборника («Фарс-мажор. Актеры и роли большой политики») довольно быстро разошелся, говорит сам за себя. Новый сборник дополнен премьерским периодом Владимира Путина, и мы также постарались его сделать доступным более широкому кругу читателей.

Во-вторых, истории эти написаны с натуры. Это не дешевые анекдоты, неизвестно кем сочиненные и бездумно повторяемые, не подглядывание в замочную скважину, не страшилки, а реальная жизнь, преподносящая сюжеты, которые не выдумать ни одному литератору.

Анекдоты от Колесникова — это анекдоты в старом, исконном смысле этого слова, то есть короткие поучительные истории. Из жизни власти, точнее, людей власти.

Любые истории про власть — это, в общем-то, истории не столько про власть, сколько про отношение власти к нам с вами и наше отношение к власти. То есть, в конечном счете, про отношения людей, ведь власть — это тоже люди, которых мы выбираем (или думаем, что выбираем). И кто-то этих людей любит, ненавидит, назначает, снимает, лебезит перед ними, прославляет и оберегает. А кто-то обманывает. А кто-то сам хочет стать властью.

В книге четырнадцать глав, названия которых говорят сами за себя: «Владимир Путин», «Парламентарии», «Министры», «Чиновники», «Бизнесмены и олигархи», «Люди (Народ)», «Семья», «Девушки», «Война и террор», «Армия и флот», «Международное положение», «Деньги», «Дмитрий Медведев», «Кризис».

В этой книге есть все: от Владимира Путина до Дмитрия Медведева (далее везде), международное положение, красивые женщины, семья и дети, увлечения и игрушки, армия и флот, террористы и предприниматели, силовики и чиновники, война и люди — и еще кризис.

В сущности, таковы стороны нашей жизни, дающей богатую почву для анекдотов.

Владислав Дорофеев

Новости с переводом для блондинок - И. Г. Гречин

– Добрый день, дорогие друзья, в эфире новости.

«Привет, привет, привет, привет, ой, сейчас прикольно будет…»

– Светская хроника: сегодня Ким Бесинджер расторгла свою помолвку со своим давним бойфрендом Беном Аффликом.

«Сучка».

Милые, интеллигентные колобки в твидовых пиджаках.

– На совещании в правительстве сегодня российский премьер-министр заявил об увеличении ставки ГКО на 15 процентов, а также об увеличении госбюджета на 17 процентов.

«Ой, тоже мне умник нашелся, чего говорит-то вообще, непонятно ничего вообще, на каком языке вообще говоришь-то, на русском или не на русском? Не прикольно, не прикольно вообще!»

– Стоимость нефти марки «бренд» на мировом рынке сегодня составила пятьдесят шесть долларов за баррель.

«Блин, прикиньте – теперь от „Летуаля „ до „Арбат престижа“ за сотку надо будет ехать. Чего делать вообще?»

– Анна Курникова снялась в очередной рекламе за три миллиона долларов и приплюсовала их к своему десятимиллионному состоянию.

«Ой, ладно, лахудра, небось, все потратила на косметику, на помады!»

– Новости спорта: сегодня сборная Шотландии по бобслею выиграла важные соревнования в Токио.

«Еще на кофточки, на блузочки и на носочки потратила все, потратила, потратила…»

– Ну и, наконец, трагическая новость из Голливуда: сегодня Анжелина Джоли у себя дома ударилась лицом об холодильник. Врачи говорят, что ей уже не вернуть былую красоту..

«Ой, девчонки, приятная новость, эта сучка Анжелина Джоли, которая увела Бреда Питта у Дженифер Энистон, получила свое, так ей и надо, судьба ее наказала!»

– Ну что ж, дорогие друзья, на сегодня это все новости. До свиданья.

«Все, пока, пока, пока!»

Спонсор выпуска новостей – леденцы «Пельмешка». Леденцы «Пельмешка»: соси до мяса.

А теперь

СОБСТВЕННЫЙ СТИПЕНДИАТ. А. Ю. Гойда

Неужели это так смертельно? Мозг перерождается в жировое вещество… У скольких людей мозг перерождается в жировое вещество, а их считают практически здоровыми. Разжиревшими, но здоровыми. Отупевшими, но здоровыми. Равнодушными, ленивыми, бессердечными, но здоровыми, практически — совершенно здоровыми…

Николай Крушевский никогда не был здоровым человеком. Но он был мыслящим человеком — с чего бы это его мозгу перерождаться в жировое вещество?

Он был беден. Подобно своему учителю, знаменитому Бодуэну де Куртенэ, он трудился всю жизнь ради куска хлеба. Зачисленный в Казанский университет в качестве сверхштатного профессорского стипендиата без стипендии, он существовал со своей семьей на средства, которые специально ради этого в течение трех лет зарабатывал в уральском городе Троицке. Он был собственным стипендиатом, он работал, трудился — с чего бы это его мозгу перерождаться в жировое вещество?

Двадцати семи лет он пришел в Казанский университет стипендиатом без стипендии, а тридцати пяти лет вышел в отставку. «Как быстро я прошел через сцену!» — сказал он в минуту просветления.

Последние два года он провел в Казанском доме для душевнобольных, забывая постепенно все, чему научился… Дольше всего он помнил свою науку — лингвистику…

Его учитель, глава Казанской лингвистической школы профессор Бодуэн де Куртенэ, написал о нем большую статью. Учитель пережил ученика на сорок два года.

Это, конечно, патология. И то, что учитель переживает ученика, и то, что живой, активный, талантливый мозг перерождается в жировое вещество, — это патология.

Другое дело — мозг застывший, зачерствевший, разжиревший… Когда такой мозг превращается в жировое вещество — это естественно, и человека можно считать практически здоровым. Безнадежным, но здоровым…

Николай Крушевский пытался читать книги в лечебнице для душевнобольных. Накануне своей кончины он боялся отстать от науки.

Иван Петрович Котляревский, 118.

Перелік ласощів, які споживають праведники в раю, починається видами печива, яке звичайно продавали на ярмарках.

Сластьони – пряжені на маслі або олії млинці з пшеничного борошна. Г. Квітка-Основ'яненко в «Салдацькому патреті» в жартівливо-утрируваному тоні малює «сластьонницю з грубкою» у ярмарковому ряду: «…Тільки спитай, на скільки тобі треба сластьоних, так живо підніме пелену та й зніме стару онучу (слово «онуча» тут ужите в первісному значенні – кусок тканини, ганчірка), що нею горщик з тістом накритий, щоб, знаєте, тісто на холоді не простивало, і затим під пеленою у себе держить; от пальці послине, щоб тісто не приставало, то й вщипне тіста, та на сковороду ув олію – аж шкварчить! – та зараз і пряжеть, і подає, а вже на олію не скупиться, бо так з пальців і тече, тільки, знай, обсмоктує» (Квітка-Основ'яненко Г. Твори: В 2 т. – К., 1978. – Т. 1.– С. 30).

Стовпці – печиво з гречаного борошна на олії, що формою своєю нагадує перевернутий стаканчик з вузьким денцем, усічений конус. Готувалося в особливих формочках-стаканчиках.

З кав яром буханці – спосіб приготування: «Відварюють яловичину з сіллю, а тим часом вчиняють житні з гречаною мукою млинці, і це подасться разом. Буханці нічим не мастять» (Маркевич. – С. 150– – 15)). Цей спосіб описаний у 50-х роках XIX ст. Неясно, чому страва називається «з кав'яром». У одинадцятитомному тлумачному «Словнику української мови» слово «кав'яр» зафіксовано в значенні «ікра». Можливо, щось пропущене в описі Маркевича. Ікрою, або кав'яром (зараз застаріле), називають також страву з дрібно посічених овочів, грибів. Можливо, яловичину поливали якимось соусом, приправою.

Рогіз (Tuphа) – трав'яниста багаторічна рослина. У молодого рогозу їдять соковиту нижню частину обчищеного стебла.

Паслін (Solanum) – трав'яниста рослина, яка особливо часто зустрічається на пустирях.

Козельці – трав'яниста рослина, яка росте на облогових і цілинних землях. З молодих рослин обчищають і їдять солодкий корінь.

Терен і глід – ягоди.

(обратно)

Под лютню. Семен Теодорович Альтов

Бунькин бродил по универмагу, смотрел, трогал, спрашивал цену и шел дальше.

В отделе грампластинок, увидев симпатичную продавщицу, он задержался. Облокотившись о прилавок, Бунькин под музыку разглядывал девушку, пока ее не позвали: «Лизанька, на минутку!» Продавщица красиво двинулась в сторону, всей фигурой попадая в такт музыки.

Провожая ее глазами, Бунькин увидел на конверте для пластинок знакомую картину: старинный молодой человек играл на чем-то деревянном. На столе стоял роскошный букет и аппетитной горкой лежали фрукты. «Лютнист!» — радостно опознал Бунькин. Художник был, кажется, итальянец с украинской фамилией на «о», но не Тинторетто.

Продавщица вернулась. «Взглянуть можно?» — спросил Бунькин, показывая на конверт. «Стерео», — донеслось из продавщицы.

— А что там?

— Я же сказала — «стерео»! Платите четыре рубля за комплект. Осталось три штуки.

Бунькин заплатил и подал чек. Девушка протянула ему пакет. Дома, разорвав бумагу, Бунькин увидел два конверта для пластинок. На каждом был нарисован «Лютнист».

В первом конверте было пусто. Во втором лежал листок бумаги.

«Для получения наилучшего стереоэффекта, — читал Бунькин,

1. Источники расположите на расстоянии около двух метров.

2. Сядьте посередине.

3. Голову поместите параллельно источникам.

4. Желаем приятного путешествия в эпоху Возрождения!»

Бунькин треугольником отмерил два метра. Поставил конверты на тумбочки. Сам сел посередине на стул. И, уставившись в стену перед собой, стал слушать.

Стереоэффект был удивительный! Сначала наверху спустили воду. Потом слева послышался детский смех. Внизу ударили в литавры или упала кастрюля и кто-то выругался красивым баритоном. После этого забарабанил по стеклу дождь и заныла скрипочка.

Бунькин, как зачарованный, смотрел в стену, чувствуя необъяснимое волнение. А тут еще вступил рояль! Откуда-то сверху, где в первой части спускали воду. Теперь это была гамма до диез мажор. Бунькин слышал ее не в первый раз, но почему-то к горлу подступил комок. Бунькин зажмурился, чтобы глаза отдохнули от рябящей стены, и подумал: «Великая вещь — искусство! Ни от чего я так безумно не отдыхаю, как от него. — Он сжал затекшие пальцы левой ноги. — И как я раньше жил без всего этого?! Без Стравинского! Без Сезанна! Без Фолкнера! Читать его тяжело, но когда прочтешь, — такое облегчение!»

Тут Бунькин услышал новый звук. Он открыл глаза. Звук шел справа. И слева. Это была наверняка не скрипка. И не электробритва. Бунькин начал вертеться на стуле туда-сюда и ахнул, увидев, как лютнист на левом конверте пощипывает струны. Его коллега на правом конверте делал то же самое. Звучала лютня!

Казалось, лютнисты щиплют не струны, а Бунькина, потому что по коже забегали восхитительные мурашки. А тут еще продолжал заливаться рояль наверху, ныла скрипочка под дождем и чей-то красивый баритон не то ругался, не то пел что-то знакомое.

Вспомнив про инструкцию, Бунькин повернул голову параллельно конвертам и снова уставился в стену. И действительно, именно при таком расположении головы, глядя на обои, слушая лютню, он полностью ощутил красоту картин великого итальянца с украинской фамилией на «о». Бунькин почувствовал запах цветов, нарисованных на конверте, и вкус сладких груш. Вот это был стереоэффект!

Бунькин подумал, что со временем можно будет собрать неплохую коллекцию картин. Он представил, как гости сидят и восхищенно смотрят в затылок друг другу, любуясь стереокартинами, висящими по бокам.

…Прошло часа два. Два часа необычного общения с искусством! Появилась приятная усталость, будто обежал весь Эрмитаж. Хотелось встать, потянуться, но было неловко перед играющими лютнистами. Чувство было примерно такое, как в музее, когда, рассматривая полотно, не отходишь от картины раньше других, чтобы окружающие не подумали, будто ты не понимаешь в живописи.

Бунькин вспомнил, как однажды чуть с ума не сошел, когда с одним идиотом кружил около картины, заходил и справа и слева, подходил, отходил, а тот за ним — шаг в шаг! Боялся показаться менее интеллигентным, скотина. Хорошо, в семь часов дежурная выгнала обоих.

Но вот кончился дождь. Захлопнули крышку рояля. Перестали вибрировать лютни, и женский голос наверху сказал: «Ну вот, теперь в комнате порядок. Пойди пылесос вычисти». Стало тихо. Бунькин встал, потянулся и пошел разогревать чай.

Через неделю Бунькин заглянул в отдел грампластинок. Продавщица все так же, не мигая с того дня, смотрела поверх покупателей. Бунькин кашлянул и сказал: «Девушка, большое спасибо за лютнистов. Получил огромное наслаждение. Новенького ничего нет?»

— А-а, — вздохнула продавщица. — Наконец-то. Возьмите. — Она достала из-под прилавка пакет.

— Что это? — насторожился Бунькин.

— В тот день накладка вышла: прислали пустые конверты, пластинки подослали только на этой неделе. А мы в тот день тысячу пустых конвертов продали. И хоть бы кто за пластинками вернулся! Вы первый.

— Да-да, конечно, — бормотал Бунькин, — а что на пластинках?

— Итальянская музыка эпохи Возрождения.

«Прекрасно», — думал Бунькин, быстро шагая по улице. Он представил, как под настоящую музыку Возрождения в окружении двух лютнистов смотрит в стену…

Стереоэффект должен был получиться потрясающий.

Арутюн Амаякович Акопян, ПОЯВЛЕНИЕ ПЛАТОЧКОВ ИЗ ВОЗДУХА

Данный фокус принадлежит к числу несложных. Он не связан с реквизитом, лежащим на иллюзионном столе, а включение его в программу повышает интерес зрителей к выступающему.

Итак, исполнитель показывает зрителям сначала одну пустую руку, затем другую, также совершенно пустую руку. Но вдруг в правой руке фокусника появляется красный платочек. Артист подбрасывает его в воздух. Пока красный платочек плавно опускался на пол, в левой руке артиста появился синий платочек. И его исполнитель подбросил в воздух. В этот момент в правой руке фокусника снова появился платочек, теперь уже зеленый, а в левой руке — желтый.

Появление платочков происходит очень неожиданно и вызывает большой интерес у зрителей.

Секрет, реквизит и демонстрация фокуса

Успех этого фокуса во многом зависит от умения артиста подать его. Движения исполнителя должны быть неторопливыми, мягкими и в то же время ловкими. В действиях обеих рук и корпуса артиста должна быть полная согласованность. Это вырабатывается во время репетиций, которые надо проводить перед зеркалом.

Зеркало помогает исполнителю выявить малейшую ошибку, уловить фальшь в движениях. А это важно обнаружить именно во время репетиций.

Реквизит фокуса несложен: артисту понадобятся четыре разноцветных платочка из капрона размером 20 X 20 см и отрезок продержной резины длиной 16 см. Этот отрезок резины надо разрезать на четыре равные части. Полученные отрезки пришиваются к подкладке пиджака под карманом по две с каждой стороны на расстоянии 1 см от края полы пиджака.

Каждый отрезок резины пришивается, как вешалка, но в вертикальном положении (прикрепляются только концы отрезка, а середина его остается свободной), расстояние между ними должно быть 4—5 см (рис. 118). Под каждый отрезок резины надо поместить по платочку, скрутив каждый из них предварительно легким жгутиком по диагонали и сложив в трое-четверо (рис. 119). Таким образом, с каждой стороны под пиджаком у исполнителя будет спрятано по два цветных платочка.

Теперь можно приступать к демонстрации фокуса. Главное в поведении исполнителя во время демонстрации фокуса — тщательно замаскировать момент доставания платочка из тайника. Достигается это так. Артист показывает зрителям правую руку, делая ею дугообразное движение перед собой на уровне груди. Одновременно он поворачивает корпус в соответствующую сторону. Затем фокусник опускает правую руку, а левой рукой проделывает то же движение, которое только что проделывал правой. В тот момент, когда левая рука будет отвлекать внимание зрителей, артист правой рукой незаметно вытягивает платок из-под одного отрезка резины (рис. 120).

К этому времени он должен закончить движение левой руки и опустить ее по шву, а корпус повернуть влево. Одновременно фокусник правой рукой показывает зрителям появившийся «из воздуха» платок. Пока он подбрасывает его, зрители, естественно, сосредоточивают на этом свое внимание и совершенно забывают о левой руке фокусника. А исполнитель в этот момент левой рукой извлекает из-под пиджака платочек.

Затем он показывает его зрителям, скрывая в это время правую руку, достающую из-под пиджака второй платочек.

Потом второй платочек артист достает левой рукой. Когда все четыре платочка будут показаны зрителям, фокус заканчивается.

Игорь Георгиевич Пащенко | 13 декабря

Физиологизм дня. Если у вас в голове всего одна мысль, то не удивляйтесь, что это именно – «Давай выпьем!».

Цитата дня. «Радость есть особая мудрость». Н. Рерих.

Тосты за праздники дня. Что тяжко после вчерашнего? А зачем все в кучу мешали? Водку за Туркмению! Водку за Кению! Вот от ерша и голова треща. Ладно, опыт он тоже штука полезная, хотя и тонкая… Сегодня у вас повода такого натворить не будет. Нет, конечно, повод выпить он есть всегда, но смешивать нечего – сегодня только День республики на Мальте. Спокойно выпьем ящик мальтийского красного вина «Marnisi». Наливай!

Тосты за именинников дня – за Андрея да Федора!

Тост за новорожденного дня — за великого итальянского драматурга Карло Гоцци (1720—4.04.1806), который сочинил свою первую пьесу «Сказка о трех апельсинах» чтобы высмеять традицию Гольдони, да так и забывшего свой первоначальный замысел. Так на свет постепенно и появились все его чудесные «Сказки для театра». Гоцци сумел вложить в них очень многое – собственные религиозные и моральные чувства, философскую и литературно-театральную полемику. Вся окружающая его реальность вошла в чудесный мир сказок Гоцци, стала там предметом сатиры, пародии, эпиграммы, облачившись в фантастические одежды, что никак не мешало зрителю узнавать и конкретные личности, и персонифицированные идеи. Но самым привлекательной в Гоцци оказалась, прежде всего, поэтика его сказок, основанная на чудесном.

Утрата дня. Помянем известнейшего русского художника, археолога, путешественника и общественного деятеля Николая Константиновича Рериха (9.10.1874–1947), являвшего собой нечто уникальное в русской культурной жизни начала XX века. Трудно даже охватить весь круг проблем и тем, которые воплощал в жизнь Рерих. Обладая фантастическим трудолюбием, он пишет сразу по несколько картин, которые слагаются в единые циклы, много сил отдает теософии, понимаемой им не только как мистическое, но и как общественное движение. В дальнейшем последователей Рериха во многих странах мира увлекла провозглашенная им просветительская миссия охраны памятников истории от разрушительного натиска современной цивилизации. Поддерживая дружеские связи с видными деятелями индийской культуры, такими как Р. Тагором и Дж. Неру, он вносит большой вклад в развитие и улучшение русско-индийских отношений.

Тосты за события дня.

За пирамидное овеществление вкуса! В 1903 году были запатентованы конусные формочки для мороженого.

За вербализацию идейно-нравственного принципа самоидентификации! В 1957 году утвержден текст торжественной присяги советских пионеров. И знаете, что мучает меня с годами? А не нарушил ли я клятву? По заветам пионерии ли живу?

За породисто-везучий кинематограф! В 1971 году состоялась премьера комедия режиссера Александра Серого «Джентльмены удачи», в которой снялись Евгений Леонов, Георгий Вицин, Савелий Крамаров, Раднер Муратов. Вот перечисли эти любимые имена и с ужасом подумал, что никто из них не осталось в живых. И все же что-то есть в самом кино, в образах, что живут на пленке. И никогда не постареет гениальный Леонов, и не исправит операцией свой прекрасный глаз Крамаров. И напоследок, давайте вспомним несколько любимых фраз из фильма: «Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста!», «О, деревня, а?.. Ну, ты даёшь! Кто ж его посадит?! Он же памятник!», «Ты – вор! Джентльмен удачи… Украл, выпил – в тюрьму! Украл, выпил – в тюрьму! Романтика!», «Йес, йес, ОБХСС!»

Bash.org.ru, #370: Все, починил!

17 декабря 2008, 09:00. рейтинг: 2711

Утро, ресторан быстрого обслуживания, наш главный клиент. Я приехал обновлять ПО на кассах до новой версии.

Апдейт и патч прошли на ура, вроде все нормально и тут – горе мне луковое – не открываются денежные ящики, только ключом. Я в тихом ужасе – к десяти утра у кассиров очереди по десять человек, а тут такой сюрприз. Отзвонился разработчику, оказалось – не предусмотрели хитровыщипанность сочетания торгового оборудования от разных производителей. Сижу, жду новостей из тыла, деликатно выясняю у главного менеджера ресторана и регионального менеджера – что им больше нравится, когда открывается ящик или когда работает дисплей покупателя.

В менеджерскую зачем-то заглядывает девушка-кассир и, попутно, сообщает, что она встала на кассу, а там не открывается денежный ящик.

– Да, мы уже в курсе – отвечаю я – все денежные ящики пока не работают, открываются только ключом!

– Да? Хм, странно, на моей старой кассе все работало!

Я в замешательстве выхожу в зал и обнаруживаю, что на одной из касс ящик действительно работает адекватно. Пару секунд ступора и до меня доходит – систему не включили во время обновления, клиентские бинарники не обновились.

Закрываю систему и захожу в неё заново – билд сменился, ящик не открывается.. Я успокоился и, с чувством выполненного долга, сообщаю кассиру:

– Все в порядке, я починил вашу кассу – (давно не видел такой кратковременной улыбки!) – теперь на ней ящик также не работает, как и на остальных!

Ума не приложу. Михаил Михайлович Жванецкий

Не о себе говорю! Просто с ужасом вдруг подумал: довольно большая часть нашего населения полностью выключена из общественной жизни. Я бы даже сказал – часть народа. Может быть, худшая, но – наша.

Эти люди не смотрят телевидение, не читают газет. Не понимают разницы между центристами, не разбираются в нашей политике, в нашей экономике, не понимают ничего. Такие это люди.

Я говорю об умных людях. Они не могут это слушать, не могут это видеть, не могут это читать. Все! Все! Все! Эта категория вычеркнута из жизни. С ними надо что-то делать. Кто-то должен с ними поговорить. Может, даже президент. Я думаю, он соскучился.

Как можно слушать, говорят они, идиота, единственным достоинством которого является юный возраст?

Как можно разобраться в программах, где всюду укрепление государства и гибкая налоговая система. И что под этим и за этим стоит? Как можно бывшего премьера судить по его делам, если он всю жизнь занимался тайным шпионажем, а Пушкина только по словам?

Мы, говорят они, не понимаем, что творится с президентом. Мы за него голосовали, говорят они, и, кстати, не жалеем, потому что до сих пор все равно кроме него никого нет, хотя и на его месте его тоже часто не бывает.

Он единственный, кого можно понять, невзирая на дикцию. Но как можно так лечить все руководство страны, чтоб они становились такими одинаковыми к своим годам? Нет ли там в Кремле других лекарств?

Нынешняя жизнь, говорят они, не дает нам повода для размышлений. Никто не разбогател благодаря уму.

Дурость, хитрость, жестокость, быстрота, вероломство и презентации переходят в баллотирование. Комментаторы омерзели до невозможности. Даже если у него дома библиотека или конюшня, или то и другое в одном помещении. Как они будут жить после выборов? Кто будет пожимать эти грязные руки?

Все остальное искусство и даже литература с ее провайдерами, криэйтерами, пиарщиками и прочим отсутствием живых и здоровых напоминает больницу и вызывает сострадание, а не размышления.

То есть, говорят они, сегодня умных заменили сообразительные. Мы сегодня опять переживаем период, когда умные и начитанные пытаются это от всех скрывать, чтоб взяли на работу, наняли в гувернеры. Любовь перешла в короткий, слабооплачиваемый секс при встрече и просто не нуждается в поэтическом описании. Конечно, они сегодня не нужны. Они это и сами знают, потому что умны. Сегодня, говорят они, для нас ничего нет, ну просто не над чем подумать. Обогреватели под зад или охладители под затылок. Соревнование только по сбору горизонтальных благ.

Я сам пишу малограмотно, чтоб было понятно. Вот я и обращаюсь ко всем! Обратите внимание на умных жителей нашей страны, борющейся за пропитание среди сверхдержав. Они тоже люди. Ну нельзя так с ними все-таки, это они нам придумали оружие, которое, хоть и старое, но убивает и годится для национальной гордости. Это они нам придумали образование и литературу.

Всю старую жизнь их сажали и ссылали. Всю новую жизнь они не могут найти себе употребление. Лишние люди. Все, что поется и танцуется, не для них. Они, к сожалению, не могут смотреть даже разговоры со звездами, не говоря об их пении. Это пение они не могут видеть уже давно. А в этой беседе уже ведущий выглядит умнее, хотя это невозможно.

Они давно поняли, что борьба коммунистов и демократов – это борьба старых и молодых. Но есть же еще третьи. Это такая группа, что понимает все чуть раньше и не надеется на вопрос, как не надеется на ответ.

Когда говорят, что законы экономики у нас не работают, потому что такая ментальность… Почему же они работают в Японии, где уж такая ментальность? И есть ли ментальная арифметика, или русская тригонометрия? И если законы экономики для разных народов разные, почему все-таки для большой группы народов они одинаковые?

А пока мы придумаем свои, останется ли кто-нибудь, для кого это все… и т. д.

Под загадочным словом ментальность скрыто все, что хотят скрыть. Ни один самолет не взлетит, если у него будет специальный ментальный мотор. В авиации разных стран есть что-то общее. На русском ментальном керосине летают все. Но держаться за ментальность, чтоб оставаться всю жизнь голодными и босыми, нам бы не хотелось, и там должны быть еще какие-то законы, чтоб не голодать на черноземе. Потому что есть еще Израиль с совершенно жуткой еврейской ментальностью Однако там на камне и песке все растет и настолько, что они своей безвкусной клубникой всю Америку запрудили. И сами жрут. И если есть у нас сегодня национальная идея – так это как раз пообедать, для начала, – перед разработкой особых наших законов.

А что касается растений, то у нас люди живут по их законам: вырос, пошумел, скосили.

То, что умные сегодня не нужны нам, это факт. Хуже, если мы им не понадобимся.

Сколько мы тогда сумеем одалживать? Сколько пользоваться тем, что ими создано?!

Молодые, агрессивные, с проблеском и спецсигналом для прохода толпы насквозь, задохнутся среди себе подобных.

Не будем позориться, оценим сегодняшнее телевизионное быдло и газетную бурду и кроме стариков, которым уже никто не поможет, кроме их детей, вспомним и еще об одних, нуждающихся в сострадании и государственной поддержке.

В конце концов это меньшинство и образовывает большинство и заслуживает того, чтобы знать, кто чего хочет от этой страны. Погоня только за голосами или за головами тоже?!

Целую и жму. Ваш Жванецкий.

* * *

Не смог предотвратить – возглавь!

НА СВЯТОМ ПРЕСТОЛЕ – ЧЕСТНЫЙ ЧЕЛОВЕК!, Лео Таксиль

Урбан седьмой не утратил своих достоинств и после восшествия на папский престол.

В день коронования он уплатил собственными деньгами все долги, приказал раздать хлеб и мясо беднякам Рима и его предместий. Кроме того, святой отец взял на себя заботу об инвалидах. Наконец, он опубликовал невероятный указ, обязывающий хлебопеков «улучшить качество хлеба, уменьшить цену, чтобы народ получал полноценный продукт и его не обманывали при покупке».

Враг непотизма, Урбан седьмой ответил кардиналам, убеждавшим его пожаловать своим родственникам высшие чины римского двора: «Я не хочу быть связанным родственными узами, ибо, если они окажутся предателями, я буду вынужден их покарать».

Честный первосвященник не побоялся открыто порицать воинственную и вероломную политику Сикста пятого. Представителям властей он заявил, что «в его правление народы должны узреть мир, королям надлежит трудиться над воссоединением христиан и бороться за мир не путем террора, а убеждением, проявляя терпимость».

Решительно, Урбан седьмой был слишком честен для папы! Непонятно, какими соображениями руководствовалась коллегия кардиналов, избрав его главой римской церкви. Пути конклава неисповедимы!

ЗАЧЕМ НУЖЕН ЮМОР? / А. Ю. Гойда

Природа не создает ничего лишнего, и что-то же она имела в виду, когда наделила человека чувством юмора.

Курицу не наделила. Быка не наделила. Не говоря о насекомых и вообще одноклеточных (хотя им бы он пригодился больше других).

Когда природа чем-то наделяет, она делает это, чтоб облегчить выживание. Либо в трудных погодных условиях, либо в трудных голодных условиях, либо в условиях враждебного окружения, либо просто для продолжения рода.

Рассмотрим все эти случаи.

Что касается выживания в трудных погодных условиях, то юмор, как известно, погоды не делает. Он только помогает время скоротать, ожидая у моря погоды.

Может быть, юмор нужен для добывания пищи?

Однако опыт показывает, что люди с пищей — сплошь и рядом без юмора, а люди с юмором — сплошь и рядом без пищи.

Известная пословица, что от смеха дети бывают, наталкивает на предположение, что юмор нужен для продолжения рода. Но вот вопрос: почему самые великие юмористы нередко оставались бездетными, тогда как люди, начисто лишенные юмора, имели кучу, а то и не одну кучу детей?

Остается последнее: юмор нужен для защиты от врагов.

Одних природа наделила средствами нападения — клыками, когтями, административными мерами, а других — юмором, одним только юмором — против всех этих сокрушительных средств.

Antrekot / Баллада о волшебниках и учениках оных

Нашим генетикам только дай. Начали они с термоустойчивого помидора. Несчастное пасленовое получило в геном добавку из генома арктической камбалы и теперь растет на открытом пространстве. И очень вкусный помидор получился, ну кожица все же потолще, чем у украинского степного, да и краснозем не чернозем — но все—таки не пластик.

Теперь они добрались до пшеницы. Последняя разработка держит -25 по Цельсию. Будет —30. Интересно, кого они на нее присадили? Может, она к зиме обрастает бурым мехом и впадает в спячку?

А вот с кораллами пока нехорошо. Вернее, с людьми. Разработали наши товарищи универсальную защиту от ультрафиолета на базе аналогичной защиты у кораллов. Для Австралии — дело важное. Одна беда, средство на кожную кислотность реагирует. Так что кожа мнэээ, окрашивается. В разные цвета. В зависимости от состояния данного участка. Так что в коммерческую продажу оно пока не пошло. Дорабатывают. Я в них верю…

* * *

Перевожу в страховой компании. Некая дама пришла выяснить, почему у нее поднялась стоимость страховки третьих лиц (есть такой обязательный формат — речь идет о посторонних пострадавших).

Ей объясняют — у нее была авария.

Ну и что?

Авария эта значит, что риск для третьих лиц повышается.

Как?

Ну вы попали в аварию по своей вине. Нарушили правила движения. Опасность вы представляете.

Дама не понимает.

Второй круг. Третий. Вызвали менеджера. Четвертый.

Менеджер уверился, что я не так перевожу. Звонит в агентство. Требует другого переводчика. Я с интересом жду. Быстро приезжает коллега. Я жду.

Еще один круг. Дама не понимает.

Ну авария у вас. По вашей вине. Риск, что вы кого—то задавите, выше.

Не понимает.

Менеджер приносит извинения мне и агентству и выражает желание повеситься.

Я автоматически перевожу.

Следующие пять минут дама объясняет менеджеру, что самоубийство — смертный грех.

Приезжает человек из главконторы. Смотрит на нас четверых и говорит:

— Я сейчас добуду ее данные, выведу на экран и пошагово покажу, как это считается.

Вывел. Посмотрел. Сказал «упс».

Авария, да. По ее вине — технически. Ее стукнули на стоянке, виновный неизвестен. Никакого повышенного риска, естественно нет. Сбой системы.

А—а, — говорит дама, — понятно. Так вы пересчитаете?

Мы… э… пересчитаем.

Замечательно.

И уходит, свежая и спокойная как тюлень в бухте Байрона.

Максим Кононенко, Среда, 23 ноября 2005 г. 19:31:46

Однажды Владимир Владимирович™ Путин спал и снился ему странный сон.

Как будто на рассвете далеко за городом сидели в овраге председатель федерального политсовета партии «Союз правых сил» Никита Юрьевич Белых и Председатель Московской региональной организации демократической партии «Яблоко» Сергей Сергеевич Митрохин.

Они пилили гири. Носы их были перепачканы чугунной пылью. Рядом с Сергеем Сергеевичем лежала на траве манишка. Он ее снял: она мешала работать. Под гирями предусмотрительный Председатель региональной организации разостлал газетный лист, дабы ни одна пылинка драгоценного металла не пропала зря.

Объединенные демократы изредка важно переглядывались и принимались пилить с новой силой. В утренней тишине слышались только посвистывание сусликов и скрежетание нагревшихся ножовок.

– Что такое! - сказал вдруг Никита Юрьевич, переставая работать. - Три часа уже пилю, а оно все еще не золотое.

Сергей Сергеевич не ответил. Он уже все понял и последние полчаса водил ножовкой только для виду.

– Ну-с, попилим еще! - бодро сказал Никита Юрьевич.

– Конечно, надо пилить, - заметил Сергей Сергеевич, стараясь оттянуть страшный час расплаты.

Он закрыл лицо ладонью и сквозь растопыренные пальцы смотрел на мерно двигавшуюся широкую спину Никиты Юрьевича.

– Ничего не понимаю! - сказал Никита Юрьевич, допилив до конца и разнимая гирю на две яблочные половины. - Это не золото!

– Пилите, пилите, - пролепетал Сергей Сергеевич. Но Никита Юрьевич, держа в каждой руке по чугунному полушарию, стал медленно подходить к Председателю региональной организации.

– Не подходите ко мне с этим железом! - завизжал Сергей Сергеевич, отбегая в сторону. - Я вас презираю!

Но тут Никита Юрьевич размахнулся и, застонав от натуги, метнул в интригана обломок гири. Услышав над своей головой свист снаряда, интриган лег на землю.

Схватка Председателя регионального отделения с Председателем федерального политсовета была непродолжительна.

Разозлившийся Никита Юрьевич сперва с наслаждением топтал манишку, а потом приступил к ее собственнику. Нанося удары, Никита Юрьевич приговаривал:

– Кто выдумал эти гири? Кто растратил казенные деньги? Кто Чубайса ругал?

Демократы спорили.

Владимир Владимирович™ улыбался во сне.

Максим Кононенко. Вторник, 27 сентября 2005 г. 13:35:45

Однажды Владимир Владимирович™ Путин отвечал на вопросы своих сограждан.

– Брателло, - спросил мужчина больших размеров, - Я фермер. Я занимаюсь этим бизнесом уже десять лет. У меня десять тысяч гектар пашни. Я вырастил урожай, а у меня его никто не покупает. И он весь лежит на полях. Будет ли государство обращать внимание на вот это?

– Обязательно будет, - уверенно сказал Владимир Владимирович™, - Вам выпишут большой штраф за то, что вы забросали поля своими овощами. А там, между прочим, могли бы стоять чьи-то дома. Подождите, не отключайтесь, генеральный прокурор запишет ваш телефон. Давайте следующий вопрос.

Дали следующий вопрос.

Вторник, 27 сентября 2005 г. 13:40:46

Однажды Владимир Владимирович™ Путин отвечал на вопросы своих сограждан.

– Здравствуйте, - сказал гнусавый голос по телефону, - Я Геннадий Демьянович. У меня вопрос по монетизации. Обеспечение населения бесплатными лекарствами оставляет желать лучшего.

– Вот вам бы все бесплатное! - воскликнул Владимир Владимирович™.

– Да не, я как раз не об этом, - прогнусавил Геннадий Демьянович, - У меня тут написано, что я как раз должен сказать - это так плохо, что еще остались бесплатные лекарства. Пусть будут только платные! Ура!

– Не буду употреблять крепких выражений, - сказал Владимир Владимирович™, - Не имею на это права. Но - спасибо! Давайте следующий вопрос.

Дали следующий вопрос.

¤ / Вера Cергеевна Селиванова

Какой у риса вкус? Вопрос на засыпку. А ответ такой: сам по себе рис никакого вкуса не имеет. У него тот вкус, который ему придают приправы. С одной стороны, это большой недостаток риса, с другой — его огромное достоинство. А насчет того, как готовить рис, так я выдумала свой собственный способ.

Не стала я прибегать к дедовским методам, заворачивать горшок с рисом во всякие там перины или газеты, а просто-напросто вскипятила рис в таком количестве воды, чтобы он не пригорал, и сунула кастрюлю в духовку. Разумеется, сделала маленький огонь. Сунула, значит, кастрюлю в духовку и предоставила рис самому себе.

Когда я через час (а может, и через два) заглянула в кастрюльку, рис произвел на меня впечатление сваренного просто великолепно, хоть на конкурс выставляй: каждое зернышко отдельно, каждое прекрасно разбухло, ничего не пригорело. Когда же я в полном восторге попробовала этот великолепный рис, он оказался просто твердокаменным. Хотя, возможно, я преувеличиваю. Пожалуй, немного помягче камня. Но совсем немного.

Пришлось думать. Пораскинула я мозгами и пришла к выводу: мало воды налила. Убедило меня в правильности такого предположения поведение моего риса, он просто-таки алчно поглощал воду, сколько бы я в него ни доливала. Я и доливала, а он все поглощал. И в результате получилось у меня нечто совсем несусветное, ни с чем не сообразное.

Что ж, экспериментаторы должны набраться терпения и не пасовать перед трудностями. Я продолжала изыскания.

Второй раз воды налила побольше, и у меня получилась густая отвратительная каша.

При третьей попытке я уже внимательно следила за рисом в духовке, проверяя, что там с ним происходит, и подливая по мере надобности воды в кастрюлю. Уварился, проклятый, но был далек от совершенства.

Далее я уже потеряла счет попыткам, а чертов рис словно издевался надо мной. Наконец мне удалось выявить оптимальные пропорции воды, риса и времени его готовки.

В общих чертах они сводятся к следующему: когда ставите кастрюлю с рисом в духовку на маленький газ, в кастрюле должно быть чуть больше двух третей риса, а над ним приблизительно одна треть воды. В принципе этого достаточно, остальное рис берет на себя. Не мешает все же пару раз заглянуть в кастрюлю, и в зависимости от необходимости или снять ненадолго крышку, или еще немного подлить воды. Солить можете когда хотите, но лучше это сделать в начале процесса.

Рис прекрасно сочетается со всеми соусами, особенно с жидкими. Только благодаря рису в большинстве случаев жидкий соус лишь и можно съесть. Рис, как уже говорилось, смягчает излишнюю остроту кушанья. А главное, от него не толстеют. Что касается последнего, у меня есть веские основания так утверждать.

Знала я когда-то семью, состоящую из отца, матери и дочери. И все трое выглядели как чахоточные в последней стадии заболевания. Причем до такой степени, что перепуганная школа то и дело посылала дочку на обследование.

Некоторые из наших общих знакомых считали причиной такой худобы обыкновенную скупость матери, ведь отец очень неплохо зарабатывал, будучи хорошим специалистом-сантехником. И вот однажды кто-то из нас случайно услышал разговор матери этого семейства с продавщицей продовольственного магазина. Купив полкило риса, женщина с удовлетворением сообщила продавщице, что теперь обед ее семье обеспечен на целых два дня. Сегодня на этом рисе она сварит суп, а завтра вынет рис из супа и подаст его в качестве второго блюда. Очень экономный способ ведения хозяйства, похвасталась женщина, уж она-то знает.

И тогда мы все поняли. Раз эта семейка питалась всю дорогу рисом, который в те времена был самым дешевым продуктом в наших магазинах, так ничего удивительного, что все члены семейства могли похвастать тощими фигурами, о каких мечтает каждая манекенщица.

Дружно осудили мы скупую бабу, и оказалось — зря оговорили женщину.

Не прошло и года, как умер муж-сантехник, и тут вылезло шило из мешка. Вот кто оказался скупердяем! После его смерти обе женщины — мать и дочь — сразу изменили прежний способ питания, теперь они катались словно сыр в масле, ни в чем себе не отказывая, и с горечью вспоминали годы, как они выражались, вычеркнутые из их жизни.

Хотя, с другой стороны, я знаю людей, убежденных, что от риса очень толстеют, и доказывающих это на собственном печальном опыте. Так что не стану что-либо категорически утверждать, поступайте как знаете.

Преимущество риса в том, что если вы просчитались и сварили его слишком много, остаток не обязательно в следующий раз разогревать, его можно есть и как холодное блюдо, добавив всевозможные сладости.

Дипломатические переговоры / Гаральд Бергстед

— Итак, святые отцы, — начал Йорген, — мир благополучно избавился от мошенника, а вы не менее благополучно избавились от своих грехов, и, надо сказать, гораздо более легким способом. А теперь вернемся в собор. Дорогой тесть, где моя невеста?

— Я не скрою от вашего святейшества, — отвечал гроссмейстер с принужденным поклоном, — что несколько минут назад мы получили весьма важные известия.

— Какие же именно? — осведомился Йорген, обводя святых отцов ангельски невинным, но твердым взглядом.

— Нам сообщили точные приметы Коронного вора.

— Но ведь мы его повесили, — мягко заметил святой.

— Во всяком случае, должны были повесить, — свирепо заявил гроссмейстер, глядя на носки своих башмаков. — К сожалению, мы повесили не того, кого следовало; однако теперь мы напали на след этого преступника и обнаружили, что все это время он был гораздо ближе к нам, чем мы предполагали.

— То же самое приходило в голову и мне, дорогие мои первосвященники, — спокойно сказал святой. — Однако я боюсь, что до конца разобраться в этом деле будед гораздо труднее, чем кажется на первый взгляд.

— А может быть, все-таки попробуем? — зловеще спросил гроссмейстер. — Начальник стражи курфюрста извещает нас, что Коронного вора можно узнать по красному солнцу на груди.

— И прекрасно, — весело сказал святой Йорген. — Значит, всех надо подвергнуть осмотру.

— Всех без исключения! — вставил казначей. Он никак не мог удержаться, хотя гроссмейстер все время толкал его локтем.

— Разумеется, господин казначей! — любезно согласился святой. — И начнем сверху..

— С вашего святейшества! — пробурчал казначей, несмотря на предостережения гроссмейстера.

— Я весь к вашим услугам… дорогие господа первосвященники! — сказал святой так искренне и чистосердечно, что казначей разинул рот от изумления.

Гроссмейстер, который уже начал нервничать, поспешил прервать казначея:

— Однако подобный осмотр, вне всякого сомнения, оскорбил бы религиозные чувства нашего возлюбленного народа.

— Возможно, — улыбнулся святой Йорген.

— И мы полагаем, что своим незамедлительным отбытием из города ваше святейшество могло бы избавить нас от столь тягостной необходимости… до того, как сюда прибудут стражники курфюрста… мы ждем их сегодня вечером.

— Дорогие мои первосвященники! — Святой Йорген говорил с необыкновенной сердечностью в голосе. — Как ни горько мне расставаться с моим достойным и верным капитулом и вновь покидать родной город, куда я вернулся после трехсотлетнего отсутствия, я все же не могу не пойти навстречу пожеланиям моего дорогого тестя и гроссмейстера… Подразумевается, если мне будет выдан вполне надежный паспорт, ибо, к сожалению, у нас нет никакой уверенности в том, что стражники курфюрста отнесутся к трехсотлетнему святому с таким же высоким доверием, какое ему было оказано в Йоргенстаде.

— Господин секретарь, — сказал гроссмейстер, — не угодно ли вам приготовить такой паспорт. На чье имя, ваше святейшество?

— На имя графа Микаэля фон Темпельхейма.

— Пишите, — приказал гроссмейстер, побагровев от ярости.

— Кроме того, я выражаю надежду, что, провожая меня, вы воздадите мне все почести, подобающие моему высокому сану.

— Разумеется.

— Пушечный салют…

— Несомненно.

— Духовой оркестр и звон колоколов…

— Ничего нет проще.

— Далее, вы предоставите в мое распоряжение большую соборную карету, запряженную четырьмя соборными быками.

— Пишите, господин секретарь, — сказал гроссмейстер. Он пылал, кипел и дрожал от гнева.

— Провизии на неделю!

— Пишите.

— Семь окороков. Четырнадцать хлебов. Три круга сыра, в том числе один круг копченого, который мне особенно понравился.

— Пишите.

— Бочку моего бесподобного соборного вина. Святой капитул окаменел.

— Затем плащи и ковры. Вы согласитесь, что без этого мне в дороге не обойтись?

— Вы записали, господин секретарь?

— На покрытие дорожных расходов я беру из моих соборных сбережений оба бочонка с золотом.

Капитул содрогнулся, однако святой Йорген спокойно посмотрел на всех и добавил:

— Так что потрудитесь, господин казначей, списать оба бочонка в расход, и сделайте соответствующую отметку в соборных ведомостях, которыйе я имел удовольствие просмотреть сегодня утром.

Казначей покраснел и что-то пробормотал.

— Взамен я оставляю вам свой святой, запятнанный кровью плащ, хотя, к своей неописуемой радости, я убедился, что у вас есть еще два великолепных плаща… в угловом шкафу (тягостное молчание), что свидетельствует о вашей величайшей щепетильности и предусмотрительности… Однако, по-моему, вы поступаете более чем опрометчиво, пуская на тряпки старые плащи и вытирая ими пол в винном погребе… Приготовьте мне багаж, а я тем временем попрощаюсь с моими возлюбленными паломниками.

И он величественно повернулся к ним спиной.

Святые отцы поклонились ему как можно естественнее, они краснели, бледнели, жилтели, зеленели, скрипели зубами — но все-таки поклонились и тотчас жи начали, перешептываясь, собирать в дорогу благородного графа фон Темпельхейма.

Они очень торопились, ибо граф должен был отбыть до того, как в город нагрянут стражники курфюрста.

Между тем святой, приветствуемый толпами паломников, приготовился произнести свою прощальную речь.

Эпизод четвертый. Эротический с политическим флером / Иван Геннадьевич Храбров

Вот о блестящем решении этой проблемы и разговор.

Послали как-то гидрографа на Кубу с визитом дружбы. А гидрограф, или иначе — белый пароход, на самом деле — корабль разведки штаба флота, и занимается по извилистой дороге по капиталистическим водам чуть ли не всеми видами разведки, изо всех сил прикидываясь улыбчивым рассеянным очкариком с сачком, эдакий Паганель с коммунистическим приветом.

Ну, как положено, на борту десяток адмиральцев на предмет отдыха — не тратить же отпуск, да и за железный занавес им иначе дороги почти нет. А по радиокосмической разведке прихватили старлея Маркони (фамилию уж не помню), камчатского холостяка-подводника. В принципе, радистов всех кличут Маркони, добавляя «с экипажа такого-то».

Поход получился замечательным во всех смыслах, судя по отчетам заинтересованных служб, погода не подвела, снабженцы явили чудеса боевой подготовки и политического самосознания. По прибытии в конечный пункт объявили сход по принятым тогда правилам — пять человек в белой парадно-выходной форме на одного старшего офицера. В братские социалистические бары не заходить, сестринские социалистические же бордели как бы не замечать вообще. Доктору и особисту держать наготове десятилитровые клизмы на случай тропических и капиталистических болезней.

Кстати, упомянутая белая парадка наряду с капразовской «шапкой с ручкой» — одно из самых примечательных изобретений Института военной одежды СССР. Шапка-то ладно, жандармы вон и посмешнее носят, но в 45 градусов жары тужурка и брюки из шерсти, пусть даже тонкой, пусть отличного советского качества... лучше промолчу, а то дамы не простят никогда! Причем даже в сухом состоянии через ткань брюк отлично просвечивают синие военно-морские УСТАВНЫЕ (вы что, это же Заграница, уставным должно быть ВСЕ) трусы, потертые на коленках.

Причем белую парадку надевают полным комплектом только раз в году и в единственном городе СССР — в Севастополе на День Флота. Если не считать обезьянские края филиалом совка.

Итак, очередная пятерка «пошла», как с парашютом вниз головой, на всякий случай хорошо поев, но превозмогая холодок в желудке. Через час пятерка, молотя копытами, с пеной принеслась обратно, понеся боевые потери и с тоской в дальнейшей судьбе. К полуночи Маркони на борт не явился, а явился он, приятно улыбаясь оторопевшему особисту, только в шесть утра, причем спать в экипаже, кроме адмиралов, по-моему, никто не ложился. Как? Невозвращенец! С военного корабля! И командования на борту — размером с полный штаб флота! И где? — на Кубе! Рыдайте, оставленные жены, приспустите флаг — покойник на борту, и неизвестно, сколько их числом грядет завтра после сеанса связи с Москвой!

В общем, никто ничего не понял, на расспросы Маркони щурил хитрый ленинский глаз, а протоколы допроса нам, конечно, не давали. Ну да, по идее, должны были его вмуровать в карцер и кормить корабельными крысами, но тогда кто разведку вести будет? Так тихо-тихо добрались обратно в Севастополь, оттуда даже без конвоя самолетом на Камчатку, а из тамошних Палестин заокеанские проблемы 1-го отдела как-то и по-другому смотрятся... Влепили НСС (кто не знает — неполное служебное соответствие, две штуки — и вылетаешь с флота без пенсии и орденов) — служи, дорогой, дальше.

Как выяснилось, в Гаване Маркони втихаря откололся от группы, на неслабую по тем временам для совка валютную зарплату за три месяца похода заказал в борделе трех мулаток и видеокамеру напрокат. Через пару месяцев копию этого фильма имел каждый счастливый владелец видика (а таковым был каждый второй офицер и поголовно все мичмана). И как потом ни зайдешь к Маркони в гости, вечно у него в подъезде какие-то бабы толкутся. А как же! ТАКИХ мужчинов в СССР больше нет! А уж на Камчатке — так и подавно!

Именинница / Семен Теодорович Альтов

— Еще больше внимания каждому! — сказал директор. — Поэтому проведем День именинника. Попрошу вас, Галочка, выписать лиц, которым в этом году исполняется сорок лет, пятьдесят, шестьдесят и так далее до конца. В пятницу всех разом и отметим. А чтоб этот день врезался в память людям, — сорокалетним дадим по десятке, пятидесятилетним по двадцатке и так далее до конца.

Через час список был готов. Директор пробежал его глазами и вздрогнул:

— Что такое?! Почему Ефимовой М. И. исполняется сто сорок лет?! Вы думаете, что пишете?!

Секретарша обиделась:

— А сколько ей может быть лет, если она 1836-го года рождения?

— Ерунда какая-то. — Директор набрал номер. — Петров?! Опять непорядок!

Почему Ефимовой М. И. сто сорок лет? Она что, памятником у нас работает ?! В паспорте так написано?.. Сам видел?! М-да. Вот заработалась женщина.

Директор бросил трубку и закурил. «Какой-то идиотизм! Если за сорок лет даем десять рублей, за сто сорок… сто десять рублей, вынь да положь, так?!

Хитрющая баба эта Ефимова М. И.! Черт с ней! Пусть все будет красиво. Заодно остальным стимул будет. За такие деньги любой до ста сорока дотянет!» На следующий день в вестибюле появился плакат: «Поздравляем именинников!» Ниже тремя столбиками шли фамилии, возраст и соответствующие возрасту суммы. Против фамилии Ефимовой М. И. стояло: «140 лет — 110 рублей».

Люди толпились у плаката, сверяли свои фамилии с написанными, как с лотерейной таблицей, вздыхали и шли поздравлять счастливчиков. К Марье Ивановне Ефимовой подходили неуверенно. Долго разглядывали ее. Пожимали плечами и поздравляли.

Сначала Марья Ивановна, смеясь, говорила: «Перестаньте! Это же шутка! Мне в паспорте по ошибке написали 1836-й год рождения, а на самом деле 1936-й! Это опечатка, понимаете?!» Сослуживцы кивали головой, пожимали ей руку и говорили: «Ну, ничего, ничего, не расстраивайся! Выглядишь прекрасно! Больше восьмидесяти тебе никто не даст, честное слово!» От таких комплиментов Марье Ивановне стало плохо.

Дома она выпила валерьянки, легла на диван, и тут начал звонить телефон.

Звонили друзья, родственники и совсем незнакомые люди, которые от души поздравляли Марью Ивановну с замечательной годовщиной.

Потом принесли еще три телеграммы, два букета и один венок. А в десять вечера звонкий детский голос в телефонной трубке произнес:

— Здравствуйте! Мы, учащиеся 308-й школы, создали музей фельдмаршала Кутузова!

Мы хотим пригласить вас как участницу Бородинского сражения…

— Как тебе не стыдно, мальчик! — закричала Марья Ивановна, поперхнувшись валидолом. — Бородинская битва была в 1812-м году! А я 1836-го года рождения!

Вы ошиблись номером! — Она швырнула трубку.

Спала Марья Ивановна плохо и два раза вызывала «неотложку».

В пятницу к 17.00 все было готово к торжествам. Над рабочим местом Ефимовой прикрепили табличку с надписью: «Здесь работает Ефимова М. И. 1836–1976».

В полшестого актовый зал был полон. Директор вышел к трибуне и сказал:

— Товарищи! Сегодня мы хотим поздравить наших именинников, и в первую очередь — Ефимову М. И.!

В зале захлопали.

— Вот с кого надо брать пример нашей молодежи! Хочется верить, что со временем наша молодежь станет самой старой в мире! Все эти годы Ефимова М. И. была исполнительным работником! Она постоянно пользовалась уважением коллектива! Мы никогда не забудем Ефимову, грамотного инженера и приятную женщину!

В зале кто-то всхлипнул.

— Не нужно слез, товарищи! Ефимова до сих пор жива! Хочется, чтобы этот торжественный день запомнился ей надолго! Поэтому давайте вручим ей ценный подарок в размере ста десяти рублей, пожелаем дальнейших успехов, а главное, как говорится, — здоровья! Введите именинницу!

Под грохот аплодисментов два дружинника вывели Марью Ивановну на сцену и усадили в кресло.

— Вот она — наша гордость! — Голос директора зазвенел. — Посмотрите, разве дашь ей сто сорок лет?! Да никогда! Вот что делает с людьми забота о человеке!

Мерфология / Л. А. Беляева

Закон Мерфи

– Если какая-нибудь неприятность может произойти, она случается.

Следствия

1. Все не так легко, как кажется;

2. Всякая работа требует больше времени, чем вы думаете;

3. Из всех неприятностей произойдет именно та, ущерб от которой больше;

4. Если четыре причины возможных неприятностей зарание устранены, то всегда найдется пятая;

5. Предоставленые сами себе, события имеют тенденцию развиваться от плохого к худшему;

6. Как только вы принимаетесь делать какую-то работу, находится другая, которую надо сделать еще раньше;

7. Всякое решение плодит новые проблемы;

Коментарий Каллагана к закону Мерфи

– Мерфи был оптимистом!

Первый закон Чизхолма

– Все, что может испортиться, портится.

Следствия

– Все, что не может испортиться, портится тоже.

Второй закон Чизхолма

– Когда дела идут хорошо, что-то должно случиться в самом ближайшем будущем.

Следствия

1. Когда дела идут хуже некуда, в самом ближайшем будущем они пойдут еще хуже.

2. Если вам кажется, что ситуация улучшается, значит вы чего-то не заметили.

Третий закон Чизхолма

– Любые предложения люди понимают иначе, чем тот кто их вносит.

Следствия

1. Даже если ваше объяснение настолько ясно, что исключает всякое ложное толкование, все равно найдется человек, который поймет вас неправильно.

2. Если вы уверены, что ваш поступок встретит всеобщее одобрение, кому-то он обязательно не понравится.

Первый закон Скотта

– Неважно, что что-то идет неправильно. Возможно это хорошо выглядит…

Первый закон Финэйгла

– Если эксперимент удался, что-то здесь не так…

Третий закон Финэйгла

– В любом наборе исходных данных самая надежная величина, не требующая никакой проверки, является ошибочной.

Четвертый закон Финэйгла

– Если работа проваливается, то всякая попытка ее спасти ухудшит дело.

Комментарий Эрмана к теореме Гинсберга

1. Перед тем, как улучшиться, ситуация ухудшается.

2. Кто сказал, что она улучшится ?..

Второй закон термодинамики Эверитта

– Неразбериха в обществе постоянно возрастает. Только очень упорным трудом можно ее несколько уменьшить. Однако сама эта попытка приведет к росту совокупной неразберихи.

Закон термодинамики Мерфи

– Под давлением все ухудшается.

Закон Паддера

– Все, что хорошо начинается, кончается плохо. Все, что начинется плохо, кончается еще хуже.

Теорема Стокмайера

– Если кажется, что работу сделать легко, это непременно будет трудно.

– Если на вид она трудна, значит, выполнить ее абсолютно невозможно.

Следствие Боярского

– Любую работу выполнить абсолютно невозможно.

Первый закон создания динамики систем Зимерги

– Если уж вы открыли банку с червями, то единственный способ снова их запечатать – это воспользоваться банкой большего размера.

Дополнительные замечания :

– Ошибка ? Это не ошибка, это системная функция !

Компьютер «делает из всех нас дураков».

Если отладка – процесс удаления ошибок, то программирование должно быть процессом их внесения. – Э.Дейкстра

Вы уже дошли до состояния, когда у вас нет времени, чтобы разрешить те проблемы, которые отнимают у вас все время ? – Марк Дэвисон

Воскресенье, 7 января 2007 г. 14:01:57 / Максим Кононенко

Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и волновался. Вдруг на столе у Владимира Владимировича™ зазвонил телефон правительственной дальней связи. Владимир Владимирович™ немедленно снял трубку.

– Слышь, брателло! - раздался в трубке далекий голос директора Федеральной службы безопасности Николая Платоновича Патрушева, - Мы добрались!

– Ну?… - нетерпеливо спросил Владимир Владимирович™, - И как там?

– Холодно, - прокричал в трубку Николай Платонович, - И снег кругом. Тебе привезти?

– Да не нужен мне твой снег! - говорил Владимир Владимирович™, - Трубу туда проложить можно?!

– Можно, а че ж нельзя, - отвечал Николай Платонович, - Только кому тут, на Южном Полюсе, нужен наш газ?

– Ты же сам говоришь - холодно, - сказал Владимир Владимирович™, - А нам - был бы мороз. А люди подтянутся.

Владимир Владимирович™ положил трубку и улыбнулся.

Новый год начинался отлично.

Вторник, 9 января 2007 г. 15:14:38

Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете. Перед ним сидели директор Федеральной Службы Безопасности Николай Платонович Патрушев и председатель правления открытого акционерного общества “АК “Транснефть” Семен Михайлович Вайншток.

– Слышь, брателло, - тихо говорил Николай Платонович, - Ну че ты завелся-то? Ну подумаешь, какая-то там веревка…

– Не какая-то там, - сухо ответил Владимир Владимирович™, - А особенная. На этой веревке, между прочим, повесили Саддама Хусейна. И она совершенно необходима для моей президентской коллекции!

Семен Михайлович удивленно посмотрел на Владимира Владимировича™ и Николая Платоновича.

– Ну а че ты раньше-то не сказал? - убеждал Владимира Владимировича™ Николай Платонович, - Что она вот так вот тебе необходима, а? Мы бы тогда сделали там спецоперацию… ну… повесили бы его сами… и веревка была бы наша. А так она, извини, американская. А они не отдают.

– Да ты просто просить не умеешь, - пробурчал Владимир Владимирович™.

Семен Михайлович посмотрел на Владимира Владимировича™ и Николая Платоновича уже недоуменно.

– Это я-то просить не умею?! - воскликнул Николай Платонович, - Да я в Антарктиду сам лично полетел, раз они там эти свои переговоры назначили! Я им чего только не обещал! Хотите - стабфонд. Хотите - месторождение какое на Сахалине. Хотите - вместе долбанем по Тегерану! Ничего не хотят. Не отдают веревку и всё.

– Ну, раз так, - еле слышно сказал Владимир Владимирович™, - Отключай-ка им, Семен Михайлович, нефть.

– То есть как это - отключай нефть?! - не понял Семен Михайлович, - Кому отключать?!

– Всем! - вскричал вдруг Владимир Владимирович™, вскакивая из-за своего президентского стола, - Всем отключай! Нефть! Газ!! Свет!!! Всё отключай!!!! Не хотят по-хорошему - будем с ними по-нашему, по-русски!

Николай Платонович глубоко вздохнул.

Семен Михайлович побледнел.

Промашка / Симон Кармиггелт

Анни и Йооп поженились совсем недавно. Поселились они у ее дедушки, милейшего старичка семидесяти лет со свойственными его возрасту странностями, пережившего всех своих домашних и теперь коротающего остаток дней в несколько просторной для одного квартире. Как хозяин дома он — лучше и не придумаешь. Просыпается он каждое утро в своей комнатушке ровно в шесть. Уже долгие годы. Потом отправляется на кухню, где каждый раз с великим отвращением, но в то же время подчиняясь железной дисциплине съедает солидный завтрак, и покидает дом, прежде чем поднимутся остальные жильцы. Уходит он на целый день. Сначала несколько часов кряду бродит по городу, заходит на стройки, кормит голубей на площади Дам, а если повезет, наблюдает, как вытаскивают из канала угодившую туда машину, или глазеет на дорожную аварию, или же останавливается посмотреть на марширующий духовой оркестр.

Ровно в час дня он появляется в своем любимом кафе, где его величают Папаша Бак. Завсегдатаи из тех, кто помоложе, надеются дожить до его лет, что, в общем-то, маловероятно, и относятся к нему с нежной почтительностью. Чтобы задобрить судьбу, они, подобно языческим народам, совершают ритуальные жертвовозлияния, так что Папаша Бак почти не тратится на выпивку. Поэтому, несмотря на весьма ограниченные средства, он каждый день часов в шесть возвращается домой, совершенно не ощущая собственной персоны.

— Анни, ты здесь?! — то и дело вопрошает он, ибо постоянно забывает, что внучка здесь живет, и, случается, по нескольку раз в неделю церемонно представляется ее мужу.

Вернувшись домой, он идет на кухню, разогревает себе что-нибудь и съедает с таким видом, словно ему предложили касторки. Потом желает всем спокойной ночи и в семь часов уже спит мертвецким сном. Таким образом, забот дедушка не доставляет.

В сущности, живет он припеваючи.

Во всех нас обитает хаос, и, зная это, мы изо дня в день должны его обуздывать. Есть люди, которые становятся кассирами или бухгалтерами лишь ради того, чтобы удерживать за решеткой эту неуемную внутреннюю силу. Папаша Бак много лет назад дал волюшку своему внутреннему буяну, но мало-помалу усмирил его и заставил притихнуть. Так сказать, приручил. Не проходит и дня, чтобы он не поиграл с этим ручным леопардиком, но кольчуга железного порядка, в которую он облачил свою жизнь, не дает зверю причинить ему вред.

Именно поэтому событие, происшедшее вчера, и вызвало такое замешательство.

Молодая чета пригласила меня на ужин, и в шесть часов я — надо же было такому случиться! — вместе с дедулей поднимался по лестнице в заданном им темпе. Когда я следом за ним остановился у двери, он удивленно взглянул на меня.

— Я к Анни.

— А что, разве она здесь? — изумился он.

Как бы в подтверждение правдивости моих слов дверь распахнулась: на пороге стояла Анни. Дедуля, точно лунатик, двинулся на кухню, а я, зажав в руке подобающий случаю букет цветов, проследовал в гостиную. Мы немного выпили, поболтали, посмеялись.

— Спокойной ночи! — послышалось из коридора.

— Всего!

Некоторое время мы еще сидели, говорили о том, о сем, наверное излишне громко, и вдруг без четверти восемь — Йооп как раз травил один из своих анекдотов — дверь открывается, и на пороге стоит дед.

— Доброе утро! — сконфуженно пробормотал он. — Это что же, я опоздал?

— Что ты, дедушка, ты спал всего лишь час, — успокоила его Анни. — Ночь еще впереди.

— А я уж и постель прибрал, — огорчился дед.

— Ничего, разберешь снова. Иди ложись.

— Да мне больше не хочется. — Дедушка озабоченно покачал головой и погрозил сам себе пальцем. — А я и чувствую, что-то не то.

Он зашаркал на свою половину, понурый и, по всему видать, расстроенный. Ну как же, его отработанная система дала сбой. Однако через несколько минут он, наверстывая упущенное время, уже посапывал в своей постели навстречу заветному часу пробуждения и треклятому завтраку.

Зверь / Семен Теодорович Альтов

Как тебе песик? Не смотри — неказистый, лапы разные — зверь! Что ты! Хоть вешай на грудь череп с косточками — „не подходи, убьет!“ Погладить? Жить надоело?

Ну что, звереныш, нравится дядя? Видал, хвостом завилял — нравишься ему, нога твоя левая. Да не бойся, видишь, морда в наморднике. Иначе, твой до гроба! До твоего гроба. В горло вцепится, и висит, пока другое горло не подсунешь! Что ты! Скотина редкостная! Кто посмотрел косо, шагнул резко, икнул без предупреждения — все, покойник!

„Шварцнегер“, ко мне! Сидеть! Видишь, лег.

Стоять! Место!.. Ушел. Во, характер. Чтоб по евоному было!

Видал палец! Нет его, верно! „Шварцнегера“ натаскивал, „апорт“ разучивали. Зато научил. То ли тигры у него в роду были, то ли бензопила.

А ногу видал? Стой, не падай! Пять швов наложили, до кости дошел! Команду „фас“ репетировали! Теперь скажи „фас“, тут же ногу несет! Это я еще штаны не снимаю!

Ты бы ахнул!

Где брат, где брат… Отрабатывали охоту на медведя, где брат…

Что? Где ухо? Зайди с другой стороны — будет тебе ухо! Во прыгучесть, да? С угла комнаты рванул, на ухе повис, чего-то в „Новостях“ ему не понравилось…

Да брось ты, вторым ухом слышу все что надо. А то, чего не надо, не слышу.

Знают его тут, все знают — видишь, шарахаются! Грузовичок развернулся, другой дорогой поехал. Транспорт вообще не ходит. Шалунишка. Я его и кормлю в наморднике, а ты как думал! Специальный намордник на физиономию свою надеваю, а то он когда жрет, родного отца схавает!

Конечно, с ним страшно! А с другой стороны, без него сегодня на улицу не выходи, загрызут!

Любовь, брак, семья / Аркадий Арканов

Право на любовь является неотъемлемым правом каждого гражданина нашей страны независимо от возраста, партийной и расовой принадлежности, занимаемой должности и пола.

Осуществление любви половым путем на законных основаниях называется браком и санкционируется соответствующими органами.

Зарегистрированные пары объявляются семьей и получают право на детопроизводство при согласии не менее одного из партнеров. В случае несогласия одного из партнеров на детопроизводство второй партнер имеет право на производство потомства частным порядком с предварительным уведомлением региональных супрефектов или без такового.

Распад семьи осуществляется в судебном порядке при наличии у одной из сторон убедительных мотивировок.

Убедительными мотивировками считаются:

а. Отказ одной из сторон от исполнения супружеских обязанностей без убедительных мотивировок.

В убедительные мотивировки отказа от супружеских обязанностей входят:

1. Вялость и апатия одного из партнеров.

2. Отсутствие желания.

3. Раннее или позднее время суток.

4. Бытовая ненависть.

Все остальные мотивировки считаются неубедительными.

б. Слишком частые требования одного из партнеров исполнения супружеских обязанностей без убедительных мотивировок.

В убедительные мотивировки слишком частых требований исполнения супружеских обязанностей входят:

1. Недоедание.

2. Неприятности по работе.

3. Длительные командировки или тюремное заключение.

4. Желание.

Все остальные мотивировки считаются неубедительными.